Октябрь 28, 2016 – 26 Tishri 5777
Такие разные судьбы

image

50 лет назад не стало Льва Зильбера  

Был такой советский кинофильм – «Разные судьбы». Именно так можно было бы озаглавить рассказ о родных братьях Льве и Вениамине Зильберах: у одного перипетии жизни были подчас трагическими, у другого – не очень, но в конце концов оба они получили заслуженное признание.
Братья появились на свет в семье капельмейстера 96-го пехотного Омского полка Абеля Абрамовича Зильбера и его жены Ханы Гиршевны (урожденной Дессон), владелицы музыкальных магазинов. Всего в семье было шестеро детей: кроме Льва, родившегося третьим, и Вениамина, появившегося на свет шестым, были еще их старшие сестры Мирьям и Лея и два брата – Давид и Александр. Широкой публике наиболее известно, конечно, имя младшего из сыновей, ставшего писателем Вениамином Кавериным, автором романов «Два капитана», «Открытая книга» и многих других произведений. Менее, в основном среди медиков и биологов, известен Лев Зильбер. Но и остальные их братья и сестры по мере сил и талантов служили своей стране: Давид стал военным врачом; Александр – композитором (под фамилией Ручьёв), автором множества опер, музыкальных комедий и симфоний; Мирьям, выйдя замуж за И. М. Руммеля, первого директора Народного дома им. А. С. Пушкина в Пскове (100-летие со дня его открытия отмечалось в марте 2016 г., теперь это Псковский академический театр драмы), принимала активное участие в его становлении; Лея, ставшая второй женой одноклассника Льва, писателя Ю. Н. Тынянова («Кюхля», «Смерть Вазир-Мухтара» и др.), воистину была его музой. О каждом из братьев и сестер Зильбер можно было написать отдельное повествование, однако мы остановимся на Льве и Вениамине – наиболее известных представителях семьи Зильбер.

Старший брат
Судьба Льва Абелевича (Льва Александровича, как его обычно называли), 50-летняя годовщина смерти которого отмечается 10 ноября 2016 г., была уникальной для советской эпохи: он оказался единственным из миллионов узников ГУЛага, перед которым извинился сам «вождь народов» И. В. Сталин. Уникальным являлось и то обстоятельство, что его арестовывали трижды, но, не добившись от него признаний даже под пытками, его трижды освобождали из застенков – настолько ценным специалистом он был.
Лев Зильбер родился в селе Медведь Новгородской губернии 15 (27) марта 1894 г. Окончив в 1912 г. с серебряной медалью Псковскую губернскую гимназию, он поступил на естественное отделение физико-математического факультета Санкт-Петербургского университета, но через три года перевелся на медицинский факультет Московского университета, получив разрешение одновременно посещать занятия на естественном отделении. Завершил учебу в 1919 г.
Работая в Московском институте микробиологии Наркомздрава, Лев Александрович участвовал в подавлении вспышки чумы в Нагорном Карабахе в 1930 г., где впервые был арестован, но вскоре отпущен. Этому способствовало и направленное Берии письмо писателя Вениамина Каверина. Второй раз Лев Зильбер был арестован в 1937 г., сразу после возвращения в Москву из дальневосточной экспедиции, которой руководил. Ее целью было изучение неизвестного инфекционного заболевания центральной нервной системы. В ходе работы экспедиции выяснилось, что это клещевой энцефалит, и Зильбером были предложены методы борьбы с ним. Однако нашлись, естественно, завистники, и «куда следует» был направлен донос (обычное дело в том приснопамятном страшном году), в котором говорилось о стремлении Зильбера заразить население столицы энцефалитом через городской водопровод, а также о том, что разработка лекарства для лечения этой болезни ведется слишком медленно. Во время допросов Льва Александровича заставляли даже признаться в том, что он намеревался отравить высшее советское руководство «японским энцефалитом».
Он так и не успел тогда разработать вакцину против клещевого энцефалита, хотя и смог совершить прорывное открытие, впервые в истории медицины выделив из мозга человека, умершего от этой ужасной болезни, штамм смертельного вируса. Вместо плодотворной работы в лаборатории – тюремная камера, сломанные ударами кованых сапог ребра, отбитые почки, пытки бессонницей и голодом. И все для того, чтоб получить признание ученого в попытке диверсии. А признания не было…
Лев Александрович был осужден. Часть срока заключения он отбывал в лагерях на Печоре, где чуть не умер от голода и переохлаждения. Но помог случай: у жены начальника лагеря преждевременно начались роды, и Зильбер помог ей, удачно приняв ребенка. В благодарность он был назначен главным врачом в лагерный лазарет. Заключенные в то время массово умирали от пеллагры – тяжелой разновидности авитаминоза. Лев Александрович провел серию опытов и разработал лекарство от пеллагры на основе ягеля и дрожжей. В результате были спасены тысячи жизней. Об этом узнали в Москве, там было оформлено авторское свидетельство на изобретение. Автором был указан… НКВД. Однако лагерного доктора срочно отправили в Москву, и в 1939 г. он был освобожден и назначен заведующим отделом вирусологии в Центральном институте эпидемиологии и микробиологии Наркомздрава.
Однако, как говорится, «недолго музыка играла», и в 1940 г. уже известный ученый был арестован в третий раз. Его снова пытали, и он снова ничего не подписал. Человек огромной воли и мужества, Л. А Зильбер напишет позже в своем дневнике: «Следователя нужно оставлять раздраженным, доведенным до бешенства, проигравшим в дуэли между безоружным человеком и махиной палачества, подлости и садизма».
Ему предлагали работать над бактериологическим оружием, но он отказался. В результате начальство, вспомнив об умении Зильбера получать спирт из ягеля, направило ученого в «химическую шарашку», где разрабатывали дешевые методы производства спирта. Там, покупая у зэков живых крыс за махорку, он провел серию экспериментов, в ходе которых сформулировал новую концепцию происхождения опухолей, подтвердил вирусный механизм возникновения рака, считая при этом, что вирус выполняет лишь инициирующие функции в развитии опухолей. Свое революционное открытие Зильбер микроскопическими буквами записал на двух листках папиросной бумаги, которые смог незаметно передать на волю во время свидания с З. В. Ермольевой – своей бывшей женой, уже широко известной к тому времени как микробиолог и эпидемиолог, создательница советского пенициллина и лауреат Сталинской премии.
Открытие Зильбера было настолько ценным, что за него вступился даже главный хирург Красной армии Н. Н. Бурденко. Он первым подписал подготовленное З. В. Ермольевой письмо вождю с просьбой освободить гениального вирусолога в связи с его полной невиновностью. Письмо это с подписями более чем десятка академиков и писателя Вениамина Каверина, уже прославившегося романом «Два капитана», первая часть которого была издана еще в 1938 г., легло на стол Сталину в марте 1944 г. Оно туда попало благодаря той же Зинаиде Виссарионовне Ермольевой, поскольку ближайшее окружение Сталина знало, что вождь благоволит к ней, называя ее «сестренкой», – и, видимо, не только из-за одинакового отчества, но и учитывая ее заслуги в спасении раненых во время войны. В тот же день, когда Сталин прочел это письмо, Лев Александрович был освобожден. Это случилось накануне его 50-летия. Едва оказавшись на воле, ученый незамедлительно опубликовал свою концепцию происхождения опухолей в газете «Известия»...

Юрий ПЕРЕВЕРЗЕВ

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь