Почему израильское кино обречено быть антиизраильским  

Два кинособытия минувшего месяца заставляют еще раз задуматься над справедливостью заявления Ленина о важности кино как средства политической борьбы.
Это, во-первых, Иерусалимский международный кинофестиваль, который в нынешнем году, несмотря на призывы к бойкоту, почтили своим присутствием такие асы мирового кинематографа, как режиссер Квентин Тарантино, музыкант и режиссер Лори Андерс, режиссер Уит Стилман. На фоне этого поступка иностранных гостей апофеозом неуважения к собственной стране стало поведение некоторых «хозяев» фестиваля. Когда во время своего выступления на его открытии министр культуры Мири Регев упомянула потрясшие страну недавние кровавые теракты, присутствующие начали свистеть, показав тем самым, что для большинства израильских деятелей культуры Мири Регев – не представитель их страны, да и смерть невинных мирных граждан им безразлична. Зато не безразличен Педро Альмодовар, в грубых выражениях отказавшийся приехать в Израиль, хотя его фильм открывал фестиваль. Более того, два года назад, во время антитеррористической операции в Газе, Альмодовар во главе представительного списка испанских деятелей культуры подписал открытое письмо, в котором обвинил Израиль в «геноциде мирного палестинского населения».
Во-вторых, главным негативом международного кинофестиваля в Одессе назван фильм «Перекресток 48» израильского режиссера Уди Алони. «Удивительно, что Государство Израиль приняло участие в финансировании такого откровенно антиизраильского проекта. Не менее удивительно, что эту дурно пахнущую ленинистско-антисемитскую агитку притащили на Одесский кинофестиваль. Фу, ребята, противно», – отреагировал на кинопоказ критик Юрий Володарский.
Так с кем же они, израильские деятели кинокультуры?

В этом году «Оскара» за лучший фильм на иностранном языке получил «Сын Саула» – первая полнометражная лента венгерского режиссера и сценариста Ласло Немеша, тяжелая история времен Холокоста (см. «ЕП», 2016, № 3). Где-то прочел, что этот фильм – пострашнее спилберговского «Списка Шиндлера» и «Пианиста» Поланского, так как там все происходит на пороге ада, а здесь – в самом аду. Но я не про кино, а про то, что оно отражает – отнюдь не только на экране.

Про фашистов и людей
«Сын Саула» собрал много наград, и сегодня Венгрия гордится своим «Оскаром». Несмотря на обилие евреев в мировом кино, Израилю это счастье не улыбнулось ни разу. Несколько израильских фильмов номинировались на «Оскар», однако заветной статуэтки не получил ни один.
«Сын Саула» мог быть первым. Ласло Немеш начинал работу над сценарием в международной кинематографической «теплице» иерусалимской киношколы «Сэм Шпигель». Собирался и фильм снимать как израильский. Но не срослось (о причинах потом). И награждение «Оскаром» фильма на еврейскую тематику, еврейского режиссера и сценариста, со сплошь еврейской группой, израильскими СМИ никак с родной страной не связывалось и событием в Израиле не стало.
Гораздо более широко освещалось другое кинематографическое событие, произошедшее неделей раньше. Хотя дело касалось гораздо менее высокого по ранжиру мероприятия по сравнению с «Оскаром». Речь шла о двух израильских фильмах, удостоившихся призов зрительских симпатий на Берлинском международном кинофестивале.

Владимир БЕЙДЕР

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь