Октябрь 28, 2016 – 26 Tishri 5777
Серьезные «шутки» Макса и Морица

image

Как один еврей абвер вокруг пальца обвел  

С осени 1941 г. из Софии, а с осени 1943 г. из Будапешта в венский центр германской военной разведки (абвера) – Abwehrstelle Wien – регулярно поступали подписанные именем Макс шифровки, которые разведотделы штабов вермахта и люфтваффе считали особо важными. Они содержали сведения о расположении советских аэродромов, типах и числе самолетов, дислокации и вооружении воинских частей, передвижении советских судов на Черном море, стратегических планах Генштаба Красной армии. После Второй мировой войны спецслужбы США и британская контрразведка объявили Макса одной из самых больших загадок минувшей войны.
Шифровки Макса, как и информация, подписанная именем Мориц (Макс и Мориц – комические персонажи детских стихов и рисунков немецкого поэта и художника, основоположника комиксов Вильгельма Буша. – Б. Х.), исходили от секретного агента, которого в абвере называли «еврей Клатт» (ему посвящена монография сотрудника Центра изучения антисемитизма при Техническом университете Берлина Винфрида Майера – Meyer W. Klatt. Hitlers jüdischer Meisteragent gegen Stalin: Überlebenskunst in Holocaust und Geheimdienstkrieg. Berlin, Metropol Verlag, 2015). Настоящее его имя – Рихард Йозеф Каудер (1900–1960), торговец недвижимостью из Вены. Он действительно имел еврейское происхождение, но в 1905 г. его семья крестилась. Однако по «арийским» законам Рейха Каудер считался евреем, а посему сразу же после аншлюса Австрии, еще до того, как в паспортах тамошних евреев появилась красная буква «J» (Jude), перебрался в Будапешт (в Венгрии с мая 1938 г. тоже действовали антисемитские законы, но они были намного «мягче» нацистских, дискриминировали евреев не по крови, а по вере).
Бизнес Каудера был на грани законности: через Германо-венгерскую торговую палату он обеспечивал евреев из Германии, Австрии, Богемии и Моравии въездными визами в Венгрию. За полгода он успел продать 847 виз, но был арестован по обвинению в даче взяток венгерским чиновникам. В феврале 1940 г. Каудера освободили за недостатком улик, но лишили вида на жительство в Венгрии.
Помог случай: мать Каудера, остававшаяся в Вене, оформила запрос о повышении своей пенсии как вдовы генерала Густава Каудера, бывшего начальника медико-санитарной службы армии Австро-Венгрии. В своем запросе Лаура Каудер указала, что имеет «неарийское» происхождение, а в разговоре с архивистом военного архива Паулем Панцирером упомянула о сыне, который живет в Будапеште без вида на жительство и в любой день может быть арестован. Панцирер обещал вдове помочь спасти ее сына. Такая возможность у него была: Панцирер сотрудничал с венским филиалом германской военной разведки, и вербовка Каудера позволяла ему упрочить свои позиции. Панцирер познакомил Каудера со своим шефом, обещавшим помочь. Однако паспорт Каудера вызвал подозрения полиции, и в Вене он был арестован гестапо. Правда, за решеткой провел всего два дня: 4 февраля 1940 г. Каудер был освобожден и доставлен в венский филиал торговой фирмы «Гермес» (так было законспирировано бюро руководителя Abwehrstelle Wien полковника графа Рудольфа Магорна-Редвица). Граф не разделял расовых предрассудков нацистов и привлекал евреев в качестве агентов, тем самым спасая им жизни. Помогая Каудеру, он также руководствовался чувством благодарности к его отцу, спасшему жизнь тяжело раненному офицеру в 1916 г.
Рихард, его жена Герда Филитц и мать были приняты на работу в «Гермес» и стали тайными сотрудниками отдела «I-L» (разведка люфтваффе) Abwehrstelle Wien. Вся семья получила псевдоним Клатт. Задание Каудера состояло в том, чтобы создать, базируясь на Болгарии, разведсеть абвера в Турции. Герда служила «почтовым ящиком», а престарелая Лаура никаких заданий не имела.
В Вене Каудер получил германский паспорт на имя Рихарда Густава Клатта. Первым его заданием была командировка в Софию для налаживания связей и получения информации о болгарских аэродромах. Под видом коммерсанта Клатт курсировал между Софией, Веной и Будапештом, иногда заезжая в Югославию. Работа Каудера была столь успешной, что по решению шефа абвера адмирала В. Канариса было создано «Бюро Клатта», замаскированное под контору консервной фабрики. Первоначально оно находилось в Софии, а в 1943 г. переехало в Будапешт. В бюро работало до 30 человек. При этом связи с разведгруппами, заброшенными на территорию СССР, сотрудники бюро не имели и своими агентами на территории СССР не располагали. Главным источником информации был белоэмигрант генерал A. B. Туркул, бывший командир Дроздовской дивизии, также не имевший прямых связей с родиной. Зачастую Каудер сам сочинял «особо ценную» развединформацию, поясняя начальству, что приобрел ее за большие деньги. Он также получал разведданные об СССР от белоэмигрантов, участвовавших по заданию немцев в допросах советских военнопленных, и от сотрудников ряда посольств, имевших информацию из Москвы по дипломатическим каналам. Некоторые сведения Каудер покупал у немецких разведчиков.
Британская «Энциклопедия шпионажа», путая факты, сообщает о деятельности «Бюро Клатта» и его руководителе: «Каудер, Фриц (1903–?) – главный участник сверхуспешной советской операции дезинформации против нацистской Германии… На протяжении 3,5 лет Каудер (в абвере ему был присвоен псевдоним Макс) поставлял германским вооруженным силам фальшивые сведения… Операция „Макс“ началась в июле 1941 г. Бывшие белогвардейцы предложили переслать немцам разведданные об СССР. Абвер передал им два радиопередатчика. Один был развернут в Москве (кодовое наименование группы Макс), второй – где-то в Центральной России (кодовое наименование группы Мориц)… Операция была беспрецедентной по продолжительности… По некоторым данным, ее проведением руководил лично шеф НКВД Лаврентий Берия. Англичанам удалось перехватить немало сообщений Макса в ходе операции „Ультра“, и советский агент в MI5 Энтони Блант даже сообщил русским об „утечке“. Сами же немцы, похоже, ни разу не усомнились в добросовестности Макса».
Так Макс–Каудер был перепутан и объединен с другим Максом – советским контрразведчиком А. П. Демьяновым (советский псевдоним – Гейне, немецкие – Александр, R 4927) – героем советских радиоигр «Монастырь», «Курьеры» и «Березино». Эта путаница проникла и на страницы воспоминаний бывшего начальника 4-го управления НКВД генерала П. А. Судоплатова: «Дезинформация порой имела стратегическое значение. Так, 4 ноября 1942 г. Гейне – Макс сообщил, что Красная армия нанесет немцам удар 15 ноября не под Сталинградом, а на Северном Кавказе и под Ржевом. Немцы ждали удара под Ржевом и отразили его. Зато окружение группировки Паулюса под Сталинградом явилось для них полной неожиданностью. Не подозревавший об этой радиоигре Жуков заплатил дорогую цену – в наступлении под Ржевом полегли тысячи и тысячи наших солдат, находившихся под его командованием. В своих мемуарах он признает, что исход этой наступательной операции был неудовлетворительным. Но он так никогда и не узнал, что немцы были предупреждены о нашем наступлении на ржевском направлении, поэтому бросили туда такое количество войск… Немецкое верховное командование использовало передававшуюся Гейне – Максом информацию для ориентации своих боевых частей на Балканах. Британская разведка перехватывала эти сообщения, посылавшиеся из Берлина на Балканы, так что мы в конце концов наши же данные получали от Бланта, Кэрнкросса и Филби… Следует отметить, что операция „Монастырь“ с участием Гейне – Макса была задумана как чисто контрразведывательная».
Однако в архивном деле Центрального архива ФСБ «Монастырь – Курьеры – Березино» нет упоминания о том, что Гейне имел в германской разведке псевдоним Макс. Этой путанице, десятилетиями вводившей историков спецслужб в заблуждение, они обязаны британскому контрразведчику и советскому разведчику Энтони Бланту, который под именем Макс объединил разные сведения о военных секретах СССР, переданные германскими агентами по радио и перехваченные англичанами. С помощью членов кембриджской группы К. Филби, Э. Бланта и Дж. Кернкросса чекистам было известно все, что знали о «Бюро Клатта» британские спецслужбы.
Нацисты подозревали Клатта в связях с британской разведкой. В 1944 г. он и сотрудники его бюро были арестованы гестапо, но доказательств измены обнаружено не было. Не удалось также доказать, что Клатт присваивает казенные деньги. Однако подозрения в отношении Клатта нарастали, и в феврале-марте 1945 г. он был арестован второй раз. Вопреки строгому указанию Гитлера «убрать из разведки всех евреев», Каудер оставался единственным из них. За него по просьбе начальника отдела иностранных армий Востока Р. Гелена вступился сам начальник Генштаба сухопутных войск генерал-полковник Г. Гудериан. Среди защитников Клатта оказался и начальник внешней разведки СД бригадефюрер СС В. Шелленберг, ведомству которого после провала заговора против Гитлера 20 июля 1944 г. и ареста Канариса была подчинена военная разведка.
В третий раз Каудера в мае 1945 г. арестовали уже американцы, которых он убедил в своей полезности и которым затем служил до конца 1948 г. Большая же часть сотрудников «Бюро Клатта» после войны оказалась в советском плену.
Анализ результатов радиоконтроля показал, что полностью или частично достоверными были лишь 8% переданных Клаттом сообщений. Из 61-страничного меморандума МГБ СССР, на основе которого в июле 1947 г. было подготовило спецсообщение на имя Сталина, следовало, что Каудер лишь создавал видимость активной работы: он раздул штаты своего бюро, покупал квартиры и машины, создавал приемно-передаточные пункты для радиостанций, которые никогда не функционировали, приобретал золото и драгоценности, спекулировал паспортами и визами, делал много других ненужных вещей. Иными словами, умело водил за нос абвер и гестапо, видя в этом возможность спасения, а потом и обогащения.

Борис ХАВКИН

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь