Октябрь 28, 2016 – 26 Tishri 5777
Самая первая леди Израиля

image

К 135-летию со дня рождения и 50-летию смерти Веры Вейцман  

Ее звали Вера Кацман. Если верить мемуарам современников, она была настоящей стервой и устраивала «вырванные годы» не только мужу. Но один из самых великих ученых и политических деятелей ХХ в., первый президент Израиля Хаим Вейцман без памяти любил эту женщину. И, как гласит легенда, однажды даже стерпел полученную из-за нее пощечину…
Студенческие годы Хаима Вейцмана проходили в Берлине, куда он добрался из родного местечка Мотыли через Пинск и Дармштадт. Его отец, скромный конторский служащий, не мог помогать сыну, так что будущему президенту приходилось вести полуголодное существование. Но какие счастливые это были годы!
Очень скоро Хаим стал своим в большой и теплой еврейской компании, в которую входило несколько десятков студентов из России. Все они были нищими, полуголодными и – убежденными сионистами. Душой компании был студент математического факультета, будущий известный еврейский журналист и общественный деятель, автор монографии «Еврейские погромы в России» Лео Моцкин (в его честь назван израильский город Кирьят-Моцкин). В этом кругу Хаим Вейцман встретил свою первую любовь – студентку медицинского факультета, ослепительную красавицу Софью Гецубу. Настал день, и он сделал Софье предложение, а затем, во время очередной вечеринки, они объявили о своей помолвке. Еще через несколько дней Софья провожала любимого на вокзале – он уезжал в Женеву работать над докторской диссертацией.
То, что случилось в Женеве, стало настоящей травмой, прежде всего для Хаима, который не ожидал от себя подобного. Но факт оставался фактом: он влюбился. Страстно, до безумия. Его новая любовь тоже училась на медицинском факультете. Дочь богатого купца Вера Кацман приехала в Женеву из Ростова и была из настолько ассимилированной семьи, что даже не знала идиша. Некоторое время Хаим пытался бороться с собой, но затем понял, что это бесполезно, и направил невесте сухое письмо, в котором извещал, что вынужден разорвать их помолвку.
Обитавшие в Берлине еврейские студенты из России считали себя либералами, освободившимися от пережитков прошлого. Говоря словами одного израильского историка, они верили, что им удалось убежать от родной местечковой синагоги, и не замечали того, что на самом деле взяли эту синагогу с собой в Европу и были обречены таскать ее за плечами всю жизнь. Так что разрыв помолвки, как и в любом местечке, сопровождался грандиозным скандалом: невеста, от которой отказался жених, считалась опозоренной. Многие спешили утешить Софью, уверяя, что на Вейцмана нашло временное затмение, но он в письме друзьям подтвердил, что разлюбил Софью и твердо намерен жениться на Вере Кацман.
И тогда Лео Моцкин и Шмариягу Левин вызвали Вейцмана в Берлин на «товарищеский суд» и потребовали подтвердить помолвку с Софьей. Тот отказался. Моцкин предложил компромисс: Хаим женится на Софье, и тут же с ней разведется – чтобы она не считалась девушкой, которую жених бросил после обручения. Вейцман отказался. И вот тогда, если верить легенде, Моцкин и влепил Вейцману пощечину. Правда это или нет – неизвестно, но известно, что Моцкин до самой своей скоропостижной смерти в 1933 г. не разговаривал с Вейцманом.

Петр ЛЮКИМСОН

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь