Как Путин хотел в НАТО, но Франция отговорила  

8–9 июля в Варшаве прошел саммит НАТО, на котором альянс застенчиво, под окрики вице-канцлера и главы МИД ФРГ «Прекратите бряцание оружием!» попытался четырьмя символическими батальонами противостоять гибридной войне, развернутой Кремлем против балтийских государств. Войне, одним из ключевых инструментов которой является ядерный шантаж. Не углубляясь в ожидавшиеся итоги этой формальной встречи, уместно вспомнить об альтернативной внешнеполитической реальности как об упущенной возможности.
«Эпоха, когда Россия и США рассматривали друг друга как врага или стратегическую угрозу, закончилась. Россия и США уже действуют как партнеры и друзья, давая ответ на новые вызовы XXI в. Наши страны являются союзниками в глобальной борьбе против международного терроризма… Доверительное партнерство России и США является одним из важнейших приоритетов российской внешней политики. Между Россией и США существует общее видение угроз международной безопасности… Угроза России – это не глобальная ядерная катастрофа или агрессия со стороны США и НАТО. Угроза для России таится на Кавказе и азиатской границе».
Перу каких жидомасонов, атлантистов или интернет-власовцев принадлежат эти строки?! Какая опасность может таиться на азиатской границе, когда Россия в ходе совместных военных маневров обнимается на Урале с китайскими братушками, впервые со времен Чингисхана дошедшими туда от берегов Янцзы? Какие международные террористы имеются в виду? Может быть, выдающиеся деятели национально-освободительного движения Машаль, Насралла и Асад?
Не буду томить «патриотического» читателя. Справедливо возмутившие его кощунственные слова принадлежат В. В. Путину: цитата из подписанной им вместе с Дж. Бушем декларации московского саммита в мае 2002 г. плавно перетекает в цитату из его выступления на встрече с сотрудниками МИДа в июне того же года.
Путин был прав. Он знал, что говорил. За полгода до этого, пойдя наперекор большей части своего окружения и практически всего российского политического истеблишмента, он впервые в русской военной истории, не потеряв ни одного солдата, чужими руками решил важнейшую задачу обеспечения безопасности страны на юге. Россия на практике обнаружила, что США как союзник могут стать эффективным инструментом решения задач ее национальной безопасности.
Это новое знание могло кардинальным образом изменить геополитическое мышление российского политического класса. Президент как «самая выдающаяся посредственность российского политического класса» раньше и лучше многих оценил новые реалии. Сказался здоровый прагматизм, цинизм чекистского опера и отсутствие в его голове идеологической каши, характерной для самодовольной мидовской тусовки. Но тьмы лавровых и примаковых постепенно опустили его до своего уровня ритуальной борьбы против расширения НАТО и за сохранение договора ПРО как краеугольного камня стратегической стабильности.
Перспектива доверительного партнерства России и США серьезно напрягла не только российскую политическую «элиту». Интересная беседа произошла у меня в 2002 г. с французским послом Клодом Бланшмезоном. Он пригласил к себе на обед без всякого протокольного повода (а значит, по очень серьезному для него поводу) меня и Дмитрия Тренина (директор московского Центра Карнеги. – Ред.). До сих пор с удивлением вспоминаю ту прямоту, с которой посол решительно взял быка за рога: «Мы во Франции чрезвычайно обеспокоены вашим растущим сближением с США. Мы привыкли видеть Россию естественным союзником Европы. Более того, органичной частью Большой Европы. А что касается Франции, то история нашего с вами теснейшего культурного, цивилизационного взаимопроникновения началась задолго до появления США на политический карте мира».

Андрей ПИОНТКОВСКИЙ

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь