Сами А. как зеркало политизированной юриспруденции  

Сами с Усамой
Всё во благо человека, всё для соблюдения прав человека! Как шутили в бывшем СССР, мы даже знаем имя этого человека. Его зовут Сами А., родом он из Туниса. В 1997 г. со студенческой визой прибыл в Германию, но долго выбирал, чему учиться: сперва попробовал текстильное производство, затем информатику, но остановился на электротехнике. Но и эта привязанность была недолгой, поскольку в 1999–2000 гг. он отправляется в район афгано-пакистанской границы, где, по его утверждениям, получает религиозное образование, а по данным германских спецслужб – проходит военную подготовку в лагере «Аль-Кайеды» и становится телохранителем Усамы бин Ладена. Вернувшись в ФРГ, Сами А. установил тесные связи с местными исламистами и даже выступал в качестве проповедника. В 2006 г. на него было заведено дело за участие в террористической организации, но в 2007 г. дело закрыли за недостатком улик. Столь же безрезультатной была и попытка бохумского ведомства по делам иностранцев добиться высылки Сами А. В 2006 г. он подал прошение о предоставлении убежища, которое в 2007 г. было отклонено, однако в 2010 г. суд запретил высылку Сами А. в Тунис, сочтя, что там ему могут угрожать пытки и «нечеловеческое обращение». После «арабской весны» и смены власти в Тунисе Ведомство по вопросам мигрантов и беженцев, решив, что это препятствие отпало, дало разрешение на экстрадицию Сами А., однако в 2016–2017 гг. административные суды разных инстанций вновь стали на его сторону, хотя в 2015 г. в ходе другого судебного процесса было признано участие Сами А. в «Аль-Кайде» и его служба у бин Ладена.
Нынешним летом история получила неожиданный поворот: 13 июля Сами А. (который, как подсчитали журналисты, к тому времени успел получить от ненавидимых им германских налогоплательщиков более 320 тыс. €) усадили в самолет и (потратив на это 35 тыс. €) отправили в Тунис, где передали местным властям. Подробности операции вот уже несколько недель являются главной темой политических дискуссий в Германии. Правительство Северного Рейна – Вестфалии и МВД ФРГ уверяют, что все было законно. Оппозиция требует отставок (а один из членов фракции СДПГ в ландтаге даже подал в суд на министра внутренних дел Хорста Зеехофера). Судья, занявшая свое место, как утверждают некоторые, из-за наличия партбилета СДПГ, возмущена «покушением на основы правового государства» (с ней солидарна социал-демократический министр юстиции Катарина Барлей) и под угрозой денежного штрафа (опять-таки из карманов налогоплательщиков) требует от властей Бохума вернуть в страну Сами А., которого между тем в Тунисе не только не пытают, но и отпустили на свободу на время расследования. Правда, отобрав паспорт. В связи с этим в Бохуме отвечают, что Сами А. может вернуться туда лишь по своей воле. Германские власти между тем официально объявили тунисца источником потенциальной опасности, что ставит их в нелепое положение: если паче чаяния Сами А. вернется в ФРГ, то выслать потенциального террориста будет нельзя (суд запретил), так что придется устанавливать за ним постоянное наблюдение, что обойдется в круглую сумму и потребует отвлечения и без того дефицитных полицейских кадров.
Пока что перетягивание каната продолжается. А очередной мишенью для нападок стал глава земельного МВД, заявивший, что правовое государство – это важная ценность, но и судьи должны думать о том, чтобы их решения отвечали представлениям общества о справедливости. Между тем, как показывает опрос общественного мнения, 60% опрошенных жителей ФРГ (в том числе 85% приверженцев СвДП, 84% приверженцев AfD и 74% приверженцев ХДС/ХСС) полагают, что Сами А. не место в Германии и лишь 24% (в том числе 45% приверженцев «зеленых») придерживаются противоположного мнения.

Между правом и справедливостью
У обеих сторон конфликта – политиков и судей – достаточно аргументов в свою пользу, но речь сейчас не об этом. А о том, насколько обманчив используемый в этом споре термин «правовое государство». Что это за зверь такой? Если под этим термином понимается государство, руководствующееся собственными законами, то правовыми государствами следует признать и крепостническую Русь, и гитлеровскую Германию, и сталинский СССР, и иранский режим – все они жили по своим законам. Более того, и в этом случае придется признать ограниченность определения. Скажем, германские судьи считают невозможной высылку Сами А. в Тунис, где он теоретически может быть подвергнут пыткам (хотя федеральное правительство уже два года бьется над тем, чтобы Тунис был признан безопасной страной, но не может этого добиться из-за блокады «зеленых» в Бундесрате, которая, возможно, будет сломлена в октябре, если, что весьма вероятно, на парламентских выборах в Гессене «зеленые» вылетят из правительства), но при этом никак не реагируют на выдачу арестованных в ФРГ России – стране, где систематические пытки заключенных хорошо известны и задокументированы вплоть до соответствующего доклада в ООН.
Нравится это кому-то или нет, но «правовое государство» – термин, скорее, идеологический. Государство считается таковым, пока...

Михаил ГОЛЬДБЕРГ

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь