Июнь 29, 2017 – 5 Tammuz 5777
Под маской демократии

image

Президентские выборы в Иране стали важным событием регионального масштаба  

Поскольку в Исламской Республике отсутствует достоверная система опросов общественного мнения, делать обоснованные прогнозы итогов избирательной кампании в этой стране не так просто. Тем не менее, в данном случае фаворит просматривался изначально: им был действующий президент Хасан Рухани, относящийся к лагерю умеренных реформаторов (насколько это возможно в нынешнем иранском обществе). Он и одержал убедительную победу. Вообще избрание действующих президентов на второй срок – это иранский тренд, а вот баллотироваться на третий подряд они не имеют права для сохранения видимости демократии. И хотя президентские выборы в Иране имеют некие демократические признаки, считать их по-настоящему демократическими нельзя. Реальные власти страны в лице верховного лидера Али Хаменеи и его советников дают народу возможность выбирать из узкого круга лиц, приемлемых для этих властей. Если же Хаменеи что-то не понравится, он может лишить граждан и этой демократической подачки.
Именно так было в 2009 г., когда из-за очевидных подозрений в подтасовках результатов выборов в Иране вспыхнули массовые беспорядки. Впоследствии источники в Тегеране признавались, что те события были восприняты Хаменеи и его окружением как серьезнейшая угроза режиму, даже более сильная, чем длительная и кровавая ирано-иракская война. Вспыхнувшая в 2011 г. так называемая «арабская весна» привела к падению ряда режимов на Ближнем Востоке и еще больше укрепила Хаменеи во мнении, что игра в подтасовку выборов, сопровождаемая репрессиями, может обойтись дорого. Не секрет, что духовный лидер Ирана относится к Рухани с большой неприязнью, однако в преддверии выборов не было оснований считать, что президент, являющийся главой исполнительной власти, перешагнул за рамки, установленные ему Хаменеи.
Свои кандидатуры на выборы выставили 1636 человек, однако Совет стражей Конституции зарегистрировал всего шестерых. Среди тех, кого отвергли с порога, был и приснопамятный экс-президент Махмуд Ахмадинеджад, в котором Хаменеи глубоко разочаровался. Двое кандидатов сошли с дистанции по ходу гонки, и в ней осталось всего четверо. Изначально основное соперничество развернулось между Рухани и представителем консервативного лагеря Эбрахимом Раиси. Последний рассматривался как ставленник самого Хаменеи, однако его кандидатура вызывала вопросы, так как Раиси, утверждающий, что ведет свой род от пророка Мохаммеда, был человеком малоизвестным в широких кругах. То есть не выглядел тем, кого выбирают для того, чтобы победить довольно популярного президента из противоположного лагеря. В связи с этим возникли предположения, что в окружении Хаменеи не очень-то и хотели победы своего ставленника. Ведь, как уже говорилось выше, Рухани держался в установленных ему рамках, а решения по ключевым политическим вопросам принимает все равно не он. Но, что более вероятно, престарелый Хаменеи просто просчитался в своих прогнозах.
Сами выборы проходили, в основном, под экономическими лозунгами, и здесь консерваторы рассчитывали на то, что население еще особо не успело прочувствовать положительный эффект так называемой «ядерной сделки», приведшей к увеличению бюджетных доходов и некоторому притоку в Иран иностранных инвестиций. Как часто бывает у консервативного лагеря в такой стране как Иран, Раиси сделал ставку в первую очередь на социально слабые слои населения, в том числе и при помощи популистских обещаний, например, увеличить пособие по безработице сразу втрое. Однако ни это, ни намерение «закрутить гайки» во всем, что касается и без того ограниченных личных и гражданских свобод в Иране, не вызвало поддержки избирателей. Кандидатура Раиси, в чьем послужном списке числится работа судьей в специальных комиссиях, которые в конце 1980-х приговорили к смерти несколько тысяч противников режима, в итоге не вызвала большого энтузиазма у электората.
Явка в день голосования оказалась весьма высокой: изъявить свою волю пришли более 40 из 56,4 млн обладателей избирательного права. Если бы ни один из кандидатов не набрал 50% голосов, состоялся бы «финал» с участием двух претендентов, заручившихся наибольшей поддержкой. Однако этого не произошло. Победа Рухани оказалась более чем убедительной: примерно 57%, или 23,5 млн голосов, в то время как его главный соперник удовольствовался всего 38%. Итак, народ Ирана однозначно дал понять режиму аятолл, что поддерживает путь реформ и ослабления тех самых «гаек», о которых говорилось выше.

Давид ШАРП

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь