Ноябрь 27, 2015 – 15 Kislev 5776
Письма читателей

image

Размер места и несоразмерность зла

Вначале о месте.

Если бы я не знал, что здесь происходило 70 лет назад, то подумал бы, что это зал губернского дворянского собрания (как показывали в советских фильмах про старину) или переоборудованного под него городского Дома культуры. «Добротно, – подумал бы я, – ему, наверное, не меньше века». Возраст я почти угадал. Дворец правосудия в Нюрнберге был построен в 1916 г.
Каким он стал при Гитлере и каким целям служил, описывать не буду: это хрестоматия. Но ведь сказки братьев Гримм открываются детям не из пересказа взрослых, а из первоисточника. Поэтому и остаются в сознании на всю жизнь. Вот так, совсем недавно, уже будучи пожилым человеком, я открыл для себя историю, которая происходила в этом здании в 1945–1946 гг. История эта – Международный трибунал над фашистскими преступниками.
Здание по адресу Fürther Str. 110, скорее, радует глаз и не вызывает тяжелых эмоций. Оно облицовано красивыми плитами цвета беж, покрыто вишневой черепицей, большие окна отливают голубизной. Да и внутри никаких стрессовых ассоциаций. За тяжелой дубовой дверью – фойе, типичное для большинства официальных учреждений.
Слева от входа – рецепшн. Женщина что-то вязала, когда мы вошли с моим товарищем. За ее спиной стояли чайник, чашки, блюдце с печеньем. На вопрос: «Где судебный зал?» она показала на лифт, добавив: «Второй этаж», взяла с нас по 5 € и продолжила вязать.
Мы поднялись на второй этаж и за открытой дверью увидели зал, похожий на зрительный. Нам, кажется туда.
Что меня поразило? Обыденность, будничность того, что мир назвал апогеем возмездия над самым страшным злом в истории человечества. Старые деревянные кресла для публики, напротив – широкий, длинный стол для судей, рядом справа – кафедра для свидетелей. А слева... Минуточку!
Между этими атрибутами, за отдельным столиком, мы увидели женщину в очках, которая что-то набирала на ноутбуке. На нас она отреагировала, когда я спросил: «Где скамья подсудимых?» Она показала рукой в противоположную от нас сторону. Мы обернулись. За загородкой – четыре деревянных длинных скамьи, разделенных посередине проходом. Женщина сказала, что это те скамьи, на которых больше года сидели главные нацистские преступники. С тех пор скамьи не реставрировали и не обновляли. А кресла в зале для публики обновлялись несколько раз, поскольку все эти годы зал выполняет свою изначальную функцию – судебную. До сегодняшнего дня! И все это в помещении, которое не больше, чем в каком-то крупном ресторане или банке. Можно на минуточку абстрагироваться, стать посредине и соединить руками все перечисленные объекты. Так тут все рядом, так хорошо, уютно связано.
Но ведь это не музей, не мемориал. Это единственное такое на планете место. Владимир Набоков написал: «И вот теперь передо мной не просто слабый раствор зла, который можно добыть из каждого человека, а зло крепчайшей силы, без примеси, громадный сосуд, полный до горла и запечатанный».
В 1968 г. я купил «Нюрнбергский эпилог» Е. Полторака – книгу интересную, написанную, как увлекательный детектив. После этого довелось прочитать еще десятки книг на эту тему, посмотреть десятки фильмов и телепередач. Но все они вместе взятые не потрясли так, как зал, где был устроен Нюрнбергский международный трибунал. Каждый, у кого есть хоть малейшая возможность, должен приехать, увидеть и прочувствовать это место.

Леонид РУБИНШТЕЙН, Штутгарт

Нужно ли ждать повторения?

В свете происходящего на наших глазах «великого переселения народов» особо актуальной стала тема гостеприимности и толерантности немецкого народа и его руководителей. Она даже заслонила собой имеющиеся проблемы межнационального сосуществования в Германии. Воспевая мультикультурализм, германские либералы и социалисты и не заметили, как их самих теснят с позиций хозяев в собственной стране. Так, депутат от Партии «зеленых» Наргес Эскандари-Грюнберг, председатель комитета по иммиграции и интеграции муниципалитета Франкфурта-на-Майне, на собрании жителей района Хаузен фактически заявила, что те, кто не согласен со строительством в нем третьей мечети, может поискать себе другую страну. Весьма интересно слышать такое заявление от этнической иранки, получившей в Германии образование и сделавшей партийную карьеру.
Утверждая, что ислам является составной частью Германии, канцлер Ангела Меркель не очертила границ, за которыми иная вера начинает проявлять себя нелегитимно, вести активное наступление на права и гуманитарные ценности немцев. Можно сколько угодно декларировать приверженность добрососедству и уважительности в отношениях с «братьями-мусульманами», но практика повседневного общения демонстрирует, что радикальные взгляды активно проникают в среду мусульманской молодежи, проживающей в Европе. Вот лишь несколько картинок с натуры из земли Гессен.
Марина после работы решила забежать в супермаркет, чтобы купить продукты к ужину. На ленту кассового транспортера она положила несколько пакетов, в том числе и упаковку мацы. Мысли ее были далеко... К действительности Марину вернул оклик стоявшего за ней смуглого молодого человека. Он обратился к женщине по-английски: «Зачем ты покупаешь еврейскую еду?» Марина ответила, что она еврейка, и спросила: «Разве это сегодня в Германии проблема?» – «Да, – ответил незнакомец. – Ты создала себе проблему, и мы с друзьями постараемся, чтобы ни тебя, ни этой твоей проблемы не было». Марина похолодела. Окружающие сделали вид, что не понимают диалог. И только кассир, узнавший постоянную покупательницу, предложил ей быстро ретироваться, шепнув по-немецки: «Я его задержу».
Второе происшествие случилось с моей знакомой в отдаленном районе Франкфурта-на-Майне. Пожилая женщина недавно вернулась из Иерусалима, о чем свидетельствовали яркий наряд, южный загар и тканевая сумочка через плечо с соответствующей надписью на иврите. Она стояла в магазине в небольшой очереди к кассе. В позднее время покупателей было совсем немного. За ней стояли два подростка восточной внешности, болтавшие между собой на непонятном языке. Вдруг старая еврейка ощутила удар по голове. Ей стало плохо. Нападавших удалось задержать. Приехала полиция. Несмотря на то, что позже врач зафиксировал побои, дело для подростков кончилось ничем. В полиции сказали, что они еще несовершеннолетние. Мол, какой с них спрос. Позже знакомая нашла в своем почтовом ящике клочок бумаги с извинением подростков. Вид этой бумажки свидетельствовал о полном неуважении писавших к адресату. Да и в полиции, очевидно, не восприняли инцидент всерьез. Иначе не дали бы адрес пострадавшей уличным хулиганам.
Во дворе еврейского квартала Франкфурта играли ребятишки. Дома эти известны своей принадлежностью еврейской общине. С улицы прибежали другие подростки. Неизвестно, что они не поделили, но один из пришельцев крикнул местным: «Мой папа евреев убивал и вас убьет!» Детская непосредственность? Едва ли. Уверенность в безнаказанности? Несомненно. Во всяком случае, отец одного из еврейских мальчишек теперь постоянно дежурит во время гуляния отпрыска во дворе.
Упомянутые случаи происходили по вине подрастающего мусульманского поколения. Что уже говорить об убежденных и агрессивных зрелых личностях? С моей семьей в центре Берлина произошло следующее. Вместе с дочерью и ее малышами, недвусмысленно демонстрирующими свое еврейство, мы ехали в трамвае. Разговаривали по-русски, а один из малышей запел песенку на иврите. При выходе замешкались. Стоявшая впереди пара сознательно не давала проход. Вдруг мужчина обернулся и на ломаном русском языке внятно произнес: «Жиды, убирайтесь из Германии!» Я на секунду оторопела. Эти люди, воспользовавшись нашим замешательством, выскочили из трамвая и растворились в толпе. Найти их уже не представлялось возможным. Да и что бы это изменило?

Елена ГРИНБЕРГ, Франкфурт-на-Майне

Давайте не будем сочувствовать Израилю

Когда в Израиле в террористическом акте гибнут люди (а это происходит, к сожалению, очень часто), мир это замечает, тут же выражая Израилю глубокие сожаления и сочувствие в связи с понесенными жертвами. Свои высокопоставленные служебные слезы льет генсек ООН, высокий представитель ЕС по внешней политике, прочие знаковые люди. Цену этому сочувствию хорошо выражает пословица: «Пожалел волк кобылу – оставил хвост да гриву». Мир не замечает массового геноцида в Судане, спокойно воспринимает новости о бойне в Сирии, на Синайском полуострове, в Ираке и много где еще. За пять лет по Сирии была принята одна резолюция ООН, зато по Израилю – 20 резолюций. А вот одного убитого и трех раненных в теракте израильтян мир замечает. С чего бы это?
Ответ прост. Израилю сигнализируют: мир следит за тем, как страна и ее правительство отреагируют на покушение на своих граждан. Достаточно ли эта реакция демократическая, не будет ли чрезмерно применена сила, не пострадают ли «невиновные», будут ли соблюдены нормы юстиции, не станет ли формой реакции коллективное наказание палестинских арабов, не станет ли ответ актом мести… По сути, подобное выраженное «глубокого сожаления» является международной защитой антиизраильского терроризма. Израилю сигнализируют: Большой Брат наблюдает за тобой, маленький, демократичный Израиль. Ты ведь не такой плохой, как ужасные террористы. Ты ведь не будешь отвечать ударом на удар, правда? У тебя убили одного и ранили трех граждан? Ну мы же тебя погладили по головке. Можешь успокоиться, что тебе еще надо? Главное – не будь агрессивным, как террористы, а то накажем. И крокодиловы слезы мирового формата стекают в большую реку антисемитизма.
Израилю было бы много спокойнее жить, если бы мир не столь пристально смотрел в его направлении. Террористы убили твоих граждан? Решай сам, как на это ответить. Это же террористы, мы их не жалеем. Их, как известно, нужно мочить в сортире. Мы их в упор не видим. Террорист должен сидеть в тюрьме или лежать в земле. Все остальные состояния террористов неестественные. Поэтому давайте не будем верить в сочувствие мира Израилю.

С. МИХАЙЛОВ

Умом не понять не только Россию...

Иногда и Европу в лице тех, кто определяет ее политику, тоже. А уж в ситуации с арабо-африканскими беженцами-нелегалами – это точно. Главы европейских государств воспринимают это цунами по-разному: одни с каким-то легковесным оптимизмом, другие без оного, но вынуждены «шагать в ногу», третьи – откровенно в штыки. Общая растерянность, тем не менее, отчетливо видна. Есть от чего.
Мнения экспертов, политологов и социологов тоже полярны. Одни видят в происходящем «закат Европы», другие считают, что Европа с ее 500-миллионным населением вполне способна переварить эту напасть. Как будто дело только в пропорции. Ведь если на целый класс нормальных учеников приходится даже один неуправляемый отморозок, он третирует весь класс ровно столько, сколько захочет и как захочет. А главное, как сказал мудрый Михаил Веллер, «они едут сюда не перевариваться – отнюдь! Они едут сюда переваривать Европу». И судя по тому, как это происходит, нашествие действительно очень напоминает десант, кем-то хорошо спланированный, финансируемый и дирижируемый.
Точку над «i» в вопросе о приеме беженцев поставила наша всеми уважаемая канцлер Ангела Меркель, заявив, что 800 тыс. нелегальных гостей даже полезны для Германии. Они, дескать, решат проблему стареющего населения (можно не сомневаться, они это умеют) и займут якобы пустующие рабочие места в отдельных отраслях. Но прозвучало это, мягко говоря, не совсем убедительно. Если они в самом деле так уж полезны, то отчего же Германия, страна бюрократическая (в хорошем смысле), где «орднунг» превыше всего, не пригласила всех желающих переселиться на ненавистный им Запад заранее, с тем чтобы спокойно, в установленном порядке рассмотреть их заявления? Война в Сирии началась ведь не сегодня и не вчера, а кровавые разборки в Ираке, Афганистане, Пакистане и прочих «благословенных» странах давным-давно стали буднями. Теперь выясняется, что многие прибыли вообще без документов. Странно, не правда ли?
Тем более, если вспомнить, что заявления советских немцев и советских евреев рассматривались годами. Потом появились языковой тест и прочие ограничения. Боялись «русской» мафии. А исламского радикализма, выходит, не боятся? И это при том, что мы с европейцами люди единого культурного пространства
Если европейских начальников еще можно заподозрить в скрытых политических или экономических мотивах такого вот сверхгуманизма, то реакцию обычных граждан стран Западной Европы, встречающих нелегалов с распростертыми объятиями, аплодисментами, цветами и конфетами, понять невозможно. Можно было бы предположить, что большинство ликующих составляют мусульмане. Но, судя по фото и телекартинкам, это не так.
Что это? Наивность, недомыслие, сентиментализм, особая чуткость души? На фоне этих благостных картинок пытаюсь понять, почему я не разделяю их благодушия. Почему готовность премьер-министра Финляндии Юхи Сипиля предоставить переселенцам свой загородный особняк или готовность Папы Римского Франциска принять две семьи в Ватикане, равно как и его призыв открыть для беженцев двери католических приходов, вызывает у меня лишь недоумение и горькую иронию? Наверно, потому, что после окончания Второй мировой войны Ватикану понадобились десятилетия, чтобы извиниться перед евреями за бездействие Католической церкви в годы Холокоста.
Почему приветствуемые немцами молодые, здоровые мужчины (а львиную долю «несчастных беженцев» составляют именно они), их спокойные, уверенные лица и особенно поднятая рука с победной буквой V вызывают во мне глухую, стойкую неприязнь? Потому, опять же, что перед глазами тут же возникают скорбные, обреченные лица моих соплеменников, гонимых на мученическую смерть. Как они шли, клейменные желтой звездой, – молодые, старые, мужчины, женщины с детьми, подгоняемые солдатами и собаками. Так, наверно, шли оставшиеся в Одессе мои дедушка с бабушкой, наша тетя Рива с мужем и двумя детьми десяти и полутора лет. О чем думали? Что чувствовали?
Надувные лодки с нелегалами, увы, не вызывают должного сочувствия, а спасательные операции – должной радости. И я теперь понимаю, отчего это происходит. Оттого, что в памяти мгновенно всплывает трагическая история корабля «Эксодус» с бывшими узниками лагерей смерти на борту, пытавшимися добраться до Палестины. Да разве только его! «Большинство тихоходных безоружных посудин, перевозивших „нелегалов“, перехватывалось в море британскими сторожевиками. Под дулами орудий они вынуждены были менять курс на 180° и возвращаться в порты отплытия. Нередко английские моряки обстреливали суда упрямых капитанов, дабы заставить их повернуть на обратный курс. Случалось, что боевые корабли англичан, да и не только англичан, даже топили их». Это выдержка из статьи «Черное пятно британской истории» израильтянина Льва Израилевича.
Что касается трагедии «Эксодуса», она общеизвестна. Все же не могу не рассказать ее вкратце для тех, кто не знает. В начале 1947 г. купленное и отремонтированное сионистскими организациями судно «Президент Уорфильд», переименованное в «Эксодус», вышло из французского порта Марсель курсом на Палестину. На борту, рассчитанном всего лишь на 500 человек, их было 4515. Вскоре обнаружилось, что «Эксодус» идет под усиленной охраной конвоя из шести британских эсминцев. На подходе к палестинским берегам их матросы пошли на абордаж. Евреям удалось отбить атаку. Тогда английские корабли отошли от «Эксодуса», а затем с близкого расстояния открыли огонь из пулеметов на поражение. Трое беженцев были убиты, более ста ранены.
Несмотря на обстрел, «Эксодус» продолжал идти прежним курсом. И лишь после того, как командир английской эскадры пригрозил потопить корабль и залпом из орудий подтвердил серьезность своих намерений, капитан «Эксодуса» Йоси Харель решил сдать судно. Вскоре, благодаря радисту «Эксодуса», передавшему информацию в Тель-Авив, о трагедии стало известно всему миру. Узнав об этом, министр иностранных дел Великобритании Эрнест Бевин решил преподать урок непокорным евреям. Он распорядился, чтобы бывшие узники нацизма не попали не только в Палестину, но даже в лагерь для интернированных на Кипре.
Изможденные, полуживые люди, лишь недавно освобожденные из концлагерей, опять оказались в неволе. Более 4500 беженцев разместили на английских транспортных судах, приспособленных под плавучие тюрьмы. Корабли направились к берегам Европы. Однако когда они прибыли в один из французских портов, евреи отказались сойти на берег. Вот как описала эту жуткую сцену присутствовавшая при ней журналистка Рут Грубер: «…сотни истощенных полуголых людей имели такой вид, словно они находились в загоне с собаками. Обездоленные и потерянные, перебивая друг друга, люди кричали на всех европейских языках. Старые женщины и молодые мужчины плакали, не стыдясь своих слез. Всех их обуревал жуткий страх перед тем, что ждало их впереди…»
В итоге французские власти приказали кораблям с беженцами на борту покинуть порт. А министр Бевин, узнав о случившемся, цинично распорядился вернуть евреев обратно в Германию. В Гамбурге вооруженные дубинками английские солдаты уже без всяких церемоний насильно высадили полуживых людей на берег. Так закончился рейс «Эксодуса».
Сегодняшние нелегалы – народ Аллаха – никогда не будут благодарны своим спасителям-европейцам. «Потому что в их культурном багаже понятие „я должен тебе“ просто не существует, – поясняет израильский политик Моше Фейглин. – Коль скоро ты что-то мне уступил, это лишь доказательство того, что ты слабак, у тебя нет выбора, что сила, а значит и право, на моей стороне, и потому мне полагается еще и еще». Эти слова тут же всплыла в памяти, как только я увидела на экране ТВ гладкого мордоворота лет тридцати, получившего возможность уехать из Венгрии в Германию и орущего от радости слова благодарности Аллаху. Не Ангеле Меркель, заметьте, а Аллаху, именем которого они уже столько лет жестоко уничтожают друг друга.
Они презирают западную демократию, поэтому они так ненавидят Израиль и мечтают сожрать его, превратив процветающее государство в выжженную пустыню. Но, презирая его, они охотно пользуются его достижениями. Поэтому они бегут на Запад вместо того, чтобы обустраивать нормальную жизнь в своих странах. Кстати, а почему не в Катар или Эмираты – вполне себе благополучные и богатые страны, единоверцы к тому же. Не принимают, однако.
Демократия не свалилась на Европу с неба. Она стоила ей двух мировых войн с немыслимым количеством человеческих жертв. И теперь Европа в лице ее недальновидных чиновников бросает это величайшее завоевание под ноги абсолютно чуждой ментально, дикой, наглой толпе. Чем не история с Троянским конем? Время покажет, как оно будет. Но что-то подсказывает, что будет так, как в русской сказке, где у зайца была избушка лубяная, а у лисы – ледяная. Поучительная сказка, но, похоже, европейские начальники ее не знают.

Циля ЛЕЩИНСКАЯ, Потсдам

Извините за ошибку

Уважаемые читатели! По вине редакции в прошлом выпуске газеты вместо фотографии генерала Я. Г. Крейзера была помещена фотография наркома вооружений Б. Л. Ванникова. Мы приносим свои извинения и постараемся впредь избегать подобных досадных недоразумений.

Редакция «ЕП»

Публикуемые письма отражают исключительно точку зрения их авторов. Редакция не несет ответственности за содержание писем, но готова предоставить возможность для ответа лицам или организациям, интересы которых затронуты читательскими письмами. Редакция также оставляет за собой право сокращать письма и редактировать их, не меняя смысла. Анонимные письма, а также письма откровенно оскорбительного и противозаконного содержания не подлежат публикации.

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь