На немецкий язык название нашей газеты переводится как Jüdische Rundschau. Именно так называется наше немецкоязычное издание. Еженедельная газета с таким же названием выходила в Берлине с 1902 г. Она была органом Сионистского союза Германии и до 1938 г. (когда была запрещена нацистскими властями) оставалась одним из самых популярных немецкоязычных еврейских изданий. В этой рубрике мы регулярно знакомим наших читателей с избранными материалами, которые ровно 100 лет назад публиковались на страницах Jüdische Rundschau.

Антисемитизм

В широких еврейских кругах Германии с момента начала боевых действий спокойно, но настойчиво обсуждается вопрос: какое влияние война окажет на антисемитизм. Поначалу были слышны лишь оптимистические суждения. Многих евреев наградили «Железным крестом», десятки наших соплеменников получили звание офицеров запаса. Эти обстоятельства вкупе с доказанным на деле патриотизмом евреев должны были бы подорвать основы антисемитизма в Германии. И хотя «Железные кресты» ждут очередную группу солдат-евреев, а офицерами запаса станут еще полторы сотни евреев, но настроение у нас уже не столь радужное. И бывшие оптимистами в первые месяцы войны уже не раз выражали опасения, что после ее окончания антисемитизм не только будет жить, но и обретет еще большую силу, нежели раньше.
Страх перед антисемитизмом велик. Он и во время войны не утратил свою господствующую власть над всеми аспектами еврейской жизни. А в довоенное время и подавно наложил отпечаток на деятельность евреев из-за проявлений ненависти к ним. Во время войны в наших соплеменниках укоренилась радостная уверенность в себе, чего не замечалось в мирное время. Но сейчас она сменилась неприятным ощущением, будто за поведением евреев тихонько наблюдают остальные жители Германии. Так уж сложилось, что каждый из нас постоянно должен прикладывать все усилия для того, чтобы опровергать суждения антисемитов. «У еврея всегда дуля в кармане» – на этом убеждении и основывается антисемитизм. Дабы опровергнуть это, евреи должны «делать нечто свыше своих обязанностей», как было сказано в одном призыве. Стало быть, доказать беспочвенность антисемитских высказываний можно лишь путем повышения планки чувства собственного долга. И еще один аспект: известно, что евреи сильны взаимовыручкой, а потому прочны связи между еврейскими общинами из разных стран. Но в основе антисемитизма лежит и суждение о глобализме евреев. Получается, что ради доказательства обратного мы должны делать все для разрыва связей между германскими и негерманскими евреями или как минимум должны сделать эти узы не такими крепкими.
Перед началом войны Италия и Великобритания были примером для других стран при решении еврейской проблемы. Там вообще не было антисемитизма, и постоянно звучали уверения, что еврей в этих государствах даже может стать министром. Положение наших соплеменников в этих странах также давало злопыхателям возможность разглагольствовать в том духе, что антисемитизм – это всего лишь временное явление, которое можно преодолеть посредством особого поведения евреев и целеустремленной, неустанной разъяснительной работы. В Германии, как известно, дела с равноправием евреев обстояли не лучшим образом. Но почему в еврейских вопросах следует во всем брать пример с Великобритании? Мы, сионисты, считаем, что и в этой стране царит сильное инстинктивное неприятие евреев, как и повсюду в мире, и что по общеизвестным причинам эта неприязнь просто проявляется в менее ощутимых формах. Если в Британии наблюдались лишь незначительные случаи ее проявления, то в нашей стране ненависть к евреям приняла более серьезные формы. Тут уж постарались злостные нарушители спокойствия, которым недостает веры в прогресс культуры человечества. Но теперь все вдруг изменилось. Присутствие антисемитизма в Германии время от времени признают, но отмечают, что он «вовсе не опасен для жизни», и с тем смиряешься. В военное время антисемитизм в чистом виде позволили себе разве что Deutsche Tageszeitung и так называемые реакционные газеты, проявившие бестактность по отношению к ассимилянтам. Сейчас в Германии существует такое общественное мнение: антисемитизм главным образом наблюдается за рубежом и в среде так называемых махровых реакционеров. В существование антисемитизма в либеральной Великобритании поверили. Отмечены случаи разграбления еврейских магазинов в Лондоне и Милане. Эти факты заглушили сообщения в британских газетах о злодеяниях по отношению к евреям в России и воспринимаются как характерный симптом. Сегодня уже верят, что в Англии существуют антисемитские реакционные газеты и что волнения в Уэльсе, о которых мы сообщали несколько лет назад, на самом деле были еврейскими погромами. Высказывания по еврейской проблеме в прессе различных стран выдержаны примерно в одинаковом ключе: «Ты ударишь моего антисемита, а я ударю твоего». Каждая страна ведет себя так, словно получила неопровержимые доказательства, что в пределах ее границ крайние формы антисемитизма невозможны. Вот и крупные немецкие газеты пытаются взволновать своих читателей информацией о том, что в новом британском правительстве нет ни одного еврея.
В антисемитских настроениях любой страны мира есть много похожего. Отличие состоит лишь в выражении этих настроений. Сила антисемитизма в первую очередь зависит от численности евреев, проживающих в конкретном государстве. Чем их больше, тем яснее выражен антисемитизм. В одной стране нас забивают до смерти, в другой – оскорбляют нашу честь. В одной стране нам отказывают даже в формальном равноправии или запрещают заниматься целым рядом профессий, в другой, в которой евреи теоретически могут занять любую государственную должность, мы подвергаемся коллективному бойкоту. Сколь остро ощущается антисемитизм – это всегда лишь вопрос чувствительности евреев. Важно, что он проявляется главным образом не в высказываниях, а в мыслях и настроениях окружения евреев. Столь хорошо известный нам слегка завуалированный антисемитизм не менее плох, нежели выражаемый во весь голос и сопровождающийся телесными оскорблениями, то есть «существенно опасный для жизни».
Насильно мил не будешь. Истинную любовь также не выпросишь. Но других можно вынудить проявлять уважение к собственной персоне, проявив мужество и уверенность в себе. Мы, сионисты, на ежедневной практике ощущаем, что можем завоевывать искренних друзей и добывать почет своим древним родам именно благодаря своей еврейской открытости. Серьезные немцы чувствуют, что мы – первое поколение евреев, с которыми они могут говорить откровенно и по-мужски. Неподдельное внимание к нашему сообществу мы сможем привлечь, конечно же, лишь в том случае, если только будем проявлять себя с самой лучшей стороны. Созидающего могут ненавидеть, но его никогда не станут презирать. И ужасное тысячелетнее пренебрежение нашим народом может быть преодолено объединением сил всего еврейства ради одного большого дела – новой еврейской жизни в Палестине. Ради ее сияния и способствующих тому деяний каждый еврей и вносит свою лепту.

МААРАБИ

Jüdische Rundschau (№ 30, 23.07.1915)

Со всего мира

Из России

Приводим заметки, опубликованные в издаваемой в Петрограде на русском языке сионисткой газете «Рассвет». В них идет речь о крайне бедственном положении евреев, которых в спешном порядке депортировали из Ковенской, Курляндской и Сувалкской губерний. Эти сведения можно оценить по достоинству, если знать, что цензура вымарывала любые сообщения, проливавшие свет на ужасные масштабы бедствий, которые повлекла за собой депортация. К публикации допускались лишь заметки, показавшиеся цензуре более безобидными по сравнению с теми, которые она запретила печатать.

В Бахмуте (ныне Артемовск. – Ред.) собрали большие суммы для перечисления киевскому Центральному еврейскому комитету. Внезапно в город привезли более 300 беженцев, и именно им оставили все собранные деньги. Еврейское население Бахмута при приеме вновь прибывших сделало все возможное, чтобы облегчить этим несчастным их печальную участь. Прибыли еврейские беженцы и в Миргород. Для жилья им выделили помещения, принадлежащие синагоге. Еврейская община города организовала комитет помощи вновь прибывшим, деятельность которого вполне себя оправдала. Примечательно, что основную часть беженцев составляют дети, женщины и старики. Трудоспособных мужчин среди них почти нет. Несколько тысяч еврейских беженцев прибыли в Мариуполь, но там для них нет крайне необходимой материальной помощи. В Полтаву привезли около 1100 беженцев. Поскольку здесь нет еврейской общины, которая могла бы о них позаботиться, то людей разместили в казармах. В городе наблюдается весьма ощутимая нехватка продуктов питания, поэтому вопрос содержания только что прибывших стоит здесь очень остро. 200 еврейских беженцев привезли в Кобеляки. Всем необходимым их обеспечили члены местной еврейской общины. Беженцев временно размещают в частных домах. В Житомир доставили 234 беженца. Их временно поселили в нескольких строениях с большими залами. Основная часть детей отправится в летнюю колонию еврейского благотворительного общества. Остальным надеются предоставить жилье в различных общественных помещениях – больницах, монастырях и др. Многие жители города выделили для беженцев мебель, одежду, белье, продукты питания. В Пинске заранее определили, что город мог принять и предоставить необходимые условия для нормального проживания лишь 200 людей. Но все равно в город прислали полтысячи евреев. В Умань привезли 300 беженцев. Помощь им организовал местный раввин.

Jüdische Rundschau (№ 27, 02.07.1915)

Написать письмо в редакцию