Февраль 2, 2018 – 17 Shevat 5778
Незаговорщик

image

К 100-летию со дня рождения Ефима Эткинда  

Советская власть все время хотела сделать из историка литературы, переводчика европейской поэзии Ефима Эткинда заговорщика. Потому что для власти любой, кто проявлял свободомыслие, был инакомыслящим. Следовательно – несогласным. Он действительно был несогласным и инакомыслящим, но вот кем-кем, а заговорщиком член Союза писателей, доктор филологических наук Ефим Эткинд не был и быть не собирался. О чем и рассказал в своей книге «Записки незаговорщика», впервые опубликованной в вольнолюбивом городе Лондоне в 1977 г. (в России – в 2001-м). «Записки» переводились на разные языки, в том числе в 1981-м на немецкий (книга вышла в Мюнхене под весьма символичным названием «Бескровная казнь»; сам Эткинд происшедшее с ним в Советском Союзе называл «гражданской казнью») и пользовалась в Германии большим успехом.
Незаговорщик Ефим Эткинд всегда действовал открыто. И когда выступал по так называемому «делу Бродского», и когда поддерживал Солженицына и Сахарова.

Свидетель защиты
В 1964 г. в Ленинграде состоялся суд над Иосифом Бродским. Одного поэта-еврея судили по доносу другого еврея – афериста Якова Лернера. Третий еврей – профессор Ефим Эткинд – выступал в качестве свидетеля защиты. Еврейка, журналистка и прозаик Фрида Вигдорова вела подробную запись процесса, документ ушел в самиздат и оттуда, преодолев все преграды, – на Запад.
Русская история весьма и весьма символична: в XX веке молодого поэта судили в большом зале Клуба строителей на Фонтанке, рядом с домом, где в XIX веке располагалось Третье отделение – жандармское ведомство графа Бенкендорфа.
Бродского обвиняли в тунеядстве. Из стенограммы: «Судья Савельева: „…Какая ваша специальность?“ Бродский: „Поэт. Поэт-переводчик“ <...> Судья: „А вы учились этому?“ <…> Бродский: „Я не думал, что это дается образованием“. Судья: „А чем же?“ Бродский: „Я думаю, это... (растерянно)... от Бога...“» Эткинд убеждал судей, что подсудимый – поэт, что он переводит стихи, а перевод – это «труднейшая работа, требующая усердия, знаний, таланта». Но доводы свидетеля защиты судью Савельеву не убедили, как и утверждение подсудимого, что поэт – это от Бога. В Бога судья не верила.
Поэта сослали на пять лет в деревню Норинскую Архангельской области (см. «ЕП», 2016, № 1). В отношении его защитника было вынесено частное определение («пытался представить поэта как непризнанного гения, а его пошлые и безыдейные стихи – как талантливое творчество, что свидетельствует об отсутствии у него идейной зоркости и партийной принципиальности»).
Иосифа Бродского власти принудили эмигрировать в 1972 г., а затем лишили советского гражданства. В 1988-м бывший советский «тунеядец» был удостоен Нобелевской премии по литературе.
Ефима Эткинда власти принудили покинуть страну в 1974 г., а затем профессора, как и поэта, лишили советского гражданства. В 1988 г. в Лондоне он издаст книгу «Процесс Иосифа Бродского».
Как сложилась в дальнейшем судьба судьи Савельевой, неизвестно. Думаю, что она благополучно дожила до пенсии, не испытывая никаких угрызений совести. Между прочим, Савельева, стараясь подчеркнуть, к какому роду-племени принадлежит свидетель защиты, когда Эткинд протянул ей паспорт, прочитала его отчество не так, как было записано – «Григорьевич», а «Гиршевич», о чем было известно только компетентным органам. Но это всего лишь штрих к портрету судьи и атмосфере суда, царившей на Фонтанке.

Геннадий ЕВГРАФОВ

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь

Социальные сети