Январь 4, 2019 – 27 Tevet 5779
Невозвращенные долги

image

Румынский фонд выделил средства для компенсации жертвам Холокоста  

Под какой счастливой звездой родились и выжили в румынской зоне оккупации те советские евреи, чьи дети, уже успевшие состариться, смогут весной 2019 г. отметить 75-летие своего второго рождения? Кто еще, кроме Б-га, помог уцелеть обреченным на смерть? И сколько же уцелевших людей, претендующих на компенсацию от Румынии, осталось на сегодняшний день? Какие долги выжившие считают до сих пор не возвращенными?

Всем смертям назло
Историки пишут о том, что на всей оккупированной территории СССР в границах 1941 г. находилось приблизительно 3 млн евреев, не сумевших эвакуироваться. Из них в живых осталось менее 5,7% – всего около 170 тыс. В то же время в Транснистрии всем смертям назло остались в живых около 110 тыс. евреев. Это 65% общего числа всех выживших!
По договору с Германией к Румынии отошли, кроме являвшихся до 1940 г. румынскими Бессарабии и Северной Буковины, левобережные районы Молдавии между Днестром и Бугом, Одесская область в довоенных границах, южные районы Винницкой и западные районы Николаевской областей, получившие название Заднестровье (Транснистрия).
Вот что планировал 8 июля 1941 г. и во многом осуществил диктатор Румынии Ион Антонеску: «Рискуя быть не понятым теми, кто придерживается традиционных взглядов, я выступаю за насильственную миграцию всего еврейского населения из Бессарабии и Буковины, которое должно быть выброшено за границу страны… Меня не волнует, что история нас запомнит как варваров: в истории более не будет благоприятных моментов. Если необходимо, стреляйте из пулеметов!»
Тогда же айнзацгруппа под руководством известного палача Оллендорфа при содействии румынской жандармерии и местного нееврейского населения уничтожила около 150 тыс. бессарабских евреев. Оставшихся бессарабских и часть буковинских евреев (около 100 тыс.) по приказу Антонеску депортировали в Транснистрию. В своем диком стремлении беспрекословно выполнять приказы гитлеровцев румынские оккупанты и их приспешники за 31 месяц оккупации Юго-Западной Украины и Молдавии лишили жизни более 250 тыс. евреев и 27 тыс. цыган. Это был самый настоящий геноцид.
Вот только две цитаты из воспоминаний, собранных в книге «Кто выживет, расскажет...» (Воспоминания последних свидетелей Холокоста. Редактор-составитель А. Хействер. Verlag Koch & Raum Wismar OHG, 2015), изданной Всегерманской ассоциацией переживших Холокост эмигрантов из постсоветских государств «Феникс из пепла».
Майя Мардер (1930 г. р.) вспоминает «марш смерти» – депортацию еврейского населения Бессарабии и Буковины в Транснистрию: «Все евреи Молдавии и Украины подлежали физическому уничтожению. Нас погнали по дорогам Молдавии и Украины, через города и села, через леса и горы. К нашей колонне присоединялась масса евреев, выгнанных из своих насиженных мест. В дороге нас били, отстающих добивали прикладами, расстреливали больных и детей. Гнали, гнали, гнали... Где нас настигала ночь, там мы, уставшие, изможденные, падали на землю и засыпали ненадолго. Разбуженные побоями и насильно поднятые, шли дальше. Я не могу перечислить все проселочные дороги, пройденные нами, все села, где были оставлены тысячи трупов евреев, погибших от голода и издевательств, – дороги были усеяны мертвыми. Я помню и никогда этого не забуду, как вдоль дороги на обочине аккуратно в ряд были выложены трупы евреев. Их было много. Это была показательная картина для нас, проходящих. Смотрите, мол, что вас ждет».
Давид Розенфельд (1931 г. р., ушедший от нас этой весной автор нескольких публикаций в «ЕП»): «Был, наверно, уже октябрь 1941 г., стояли ранние сильные морозы. Нас заставили ночевать под открытым небом в лесу Косауэц. В ту морозную ночь рядом со мной была моя двоюродная семилетняя сестричка. Когда я на рассвете открыл глаза, она сидела неподвижно с протянутыми вперед ручонками, замерзшая навсегда... Так через Косауэц прошли мы „ворота Транснистрии“, пересекли Днестр, и через местечки Ямполь, Тульчин нас доставили в гетто Бершадь... Мы оказались в домике на окраине местечка, возле него – высокий забор с колючей проволокой вокруг гетто. Это был пустой деревенский дом, ни воды, ни отопления, зима, вши ползали по одежде, которой мы укрывались, лежа на полу. Мы все болели, была эпидемия тифа, дизентерия... Умерших увозили на телегах, хоронили в общих ямах».
Многие их тех, кто лично оккупацию не пережил и вырос в стране, которая склонна была утверждать, что евреи остались в немецко-румынском тылу добровольно, до сих пор считают, что выжившим повезло. «Повезло» – прошедшим «маршем смерти» через всю Бессарабию и Буковину, не сброшенным в Днестр при переправах, не расстрелянным в Косауэцком лесу, выползшим полумертвыми из расстрельных ям, изнасилованным, но не до смерти, не умершим от голода и не замерзшим в ту зиму 1941–1942 гг. Им – случайно не сгоревшим в запертых снаружи сараях и не расстрелянным в чистом поле – просто повезло. Под счастливой звездой родились те, кто не успел умереть до того, как Красная армия отбросила врага от Москвы, разгромила его под Сталинградом, победила на Курской дуге.
Когда после разгрома немцев на Курской дуге советские войска стали освобождать Украину, выяснилось, что от восточных границ и до Южного Буга евреев больше не было – совсем! На каждом шагу встречались рвы, балки, расстрельные ямы, заполненные трупами. В районах Украины и Белоруссии, не входивших в состав Транснистрии, еврейские общины были уничтожены полностью.

Сусанна ЛАНГМАН

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь