Декабрь 28, 2016 – 28 Kislev 5777
Недельные чтения Торы

image

Суббота, 7 января 2017 г. – 9 тевета 5777 г.
Книга «Берешит» («В начале»)
Недельный раздел «Ваигаш» («И подошел...»)

Разные поводы для плача
Когда сыновья Яакова спускаются в Египет купить зерно («Берешит» 42), Йосэф, узнав их, начинает сложную операцию, цель которой – заставить братьев привести к нему Биньямина, чтобы оставить его в Египте. При этом весь дом Яакова должен остаться в Эрец-Кнаан. Биньямин – младший брат Йосэфа, единственный близкий ему человек. Мать Йосэфа – Рахель – умерла, десять старших братьев чуть не убили его и продали в рабство. Жив ли отец, Йосэф не знает. С другой стороны, семья Яакова идеологически чужда Йосэфу, она может стать помехой в реализации грандиозного плана перестройки Египта и, тем самым, исправления всего мира.
Диалог, переходящий из раздела «Микец» в раздел «Ваигаш», резко меняет представления и планы Йосэфа. Он видит, что, во-первых, среди братьев появился новый лидер – Йегуда, далеко не самый старший. Во-вторых, отношения между братьями принципиально изменились. Теперь они никогда не оставят младшего в беде, а следовательно, все они будут в Египте. Вся политика Йосэфа терпит полный крах: «И не мог Йосэф сдержаться при всех стоящих при нем, и закричал: „Удалите от меня всех“. И не оставалось при Йосэфе никого, когда он открылся братьям своим. И громко зарыдал он, и услышали египтяне, и услышал дом фараонов» («Берешит» 45:2). Йосэф плачет о крушении своих планов, причем Тора подчеркивает, что речь идет об общеегипетском событии, а не просто о внутрисемейных отношениях.
Открывшись братьям, поменяв свои планы (он думает уже не о перестройке Египта, но о благополучии семьи), Йосэф «упал на шею Биньямина, брата своего, и плакал, а Биньямин плакал на шее его» («Берешит» 45:14). Если первые слезы Йосэфа – слезы горя, то теперь это слезы взаимной братской любви. После Биньямина наступает черед полного примирения с братьями: «И поцеловал всех братьев своих, и плакал на них, и после этого говорили братья его с ним» («Берешит» 45:15). Но если с Биньямином все происходит взаимно – Биньямин узнаёт и признаёт любимого брата, то здесь взаимности нет. Братья не плакали от радости, не отвечали на поцелуи, лишь «говорили братья его с ним». Причин этому несколько. Во-первых, братья (кроме Биньямина) еще не очень верят в происходящее. Перед небогатыми пастухами-кочевниками стоит вице-фараон Египта! Да, он говорит на иврите, называет себя Йосэфом, целует их, но, может быть, это тоже часть удивительных событий (возвращение серебра за купленный хлеб, распределение на званом обеде по старшинству, обнаружение кубка в поклаже Биньямина)? Во-вторых, братья вовсе не уверены, что Йосэф их простил. Может быть, он строго накажет их, когда они все придут жить в Египет? (В следующем разделе мы узнаем, что эти опасения продолжают преследовать братьев до самой смерти Яакова.) Поэтому «говорили братья его с ним» уклончиво, не спеша откликнуться на приглашение. Собственно, и Йосэф не очень настаивал, думая, что удастся реализовать первоначальный план. Но тут в дело вступает тот, кто «троном выше»: «А голос услышан в доме фараона, сказав: „Пришли братья Йосэфа!“ И было хорошо в глазах фараона и в глазах рабов его» («Берешит» 45:16).
Весть о прибытии братьев Йосэфа вызывает большую радость у фараона и его приближенных: если один иври сумел спасти Египет от голода и обогатил страну, какие сказочные перспективы сулит Египту прибытие всей семьи Яакова. Приказ фараона переселить семью Яакова звучит безапелляционно: «навьючьте» – «идите» – «возьмите» – «приходите» – «я дам вам лучшее»… Йосэф хотел поместить семью на окраине Египта, а фараон говорит о лучших землях. И специально, видя растерянность Йосэфа, говорит фараон: «А тебе приказано…» – и дополняет свои распоряжения, выделяя транспорт, дорожные запасы и указывая на спешность всей операции.
В этой ситуации Йосэф не имеет возможности продолжать семейный разговор. Он выполняет полученный приказ. Окончательное примирение произойдет 17 лет спустя.

Суббота, 14 января 2017 г. – 16 тевета 5777 г.
Книга «Берешит» («В начале»)
Недельный раздел «Вайехи» («И жил...»)

В Египте – Яаков, в своей стране – Исраэль!
Снова недельный раздел начинается не с начала главы (намек на то, что семья Яакова оказалась в Египте вследствие событий предыдущего раздела): «И жил Яаков в стране Египет семнадцать лет…» («Берешит» 47:28). Длительная жизнь за пределами Земли Кнаан приводит к тому, что национальная составляющая уступает индивидуальной: Исраэль – снова Яаков. Но память о национальном достоинстве заставляет его выполнить последнее дело в жизни («И приблизились дни Исраэля умереть…» – «Берешит» 47:29) –обеспечить будущее возвращение народа в Эрец-Исраэль.
Задача выполняется в два этапа.
Первая часть операции – обеспечить свои похороны в Земле Израиля. Оказывается, место могилы не всегда вопрос индивидуального предпочтения. Как при похоронах Сары это был знак укоренения евреев в Земле Кнаан, так и теперь не Яаков, но Исраэль требует от Йосэфа: «Если нашел я милость в глазах твоих, положи руку свою под бедро мое (символ клятвы, см. также «Берешит» 24:2) и клянись, что ты окажешь мне милость и правду, не похоронишь меня в Египте! И лягу я с отцами моими, и вынеси меня из Египта, и похорони меня в могиле их. И сказал Йосэф: „Я сделаю по слову твоему“» («Берешит» 47, 29-31).
Реально это будет означать, что для всех родоначальников колен (сыновей Яакова) все могилы их предков – в Земле Израиля, а «любовь к отеческим гробам» вызовет и «любовь к родному пепелищу». Но этого может оказаться недостаточно. Исраэль понимает, что Йосэф, чей невероятный жизненный успех тесно связан с Египтом, может стать той силой, которая привяжет к Египту все последующие поколения еврейского народа. Отсюда – вторая часть операции.
Сначала Яаков напоминает Йосэфу важнейшие моменты семейной истории: «И сказал Яаков Йосэфу: „Эль-Шадай (имя Творца, означает – „Тот, у кого достаточно сил выполнить свои обещания“) открылся мне в Лузе, в стране Кнаан, и благословил меня. И сказал мне: „Вот, Я делаю тебя плодовитым, и умножу тебя, и произведу от тебя множество народов, и дам страну эту потомству твоему в вечное владение“» («Берешит» 48:3-4). А потом Яаков использует идею сна Йосэфа («Берешит» 37:11). Йосэф мечтал стать четвертым праотцем – родоначальником еврейского народа. Исраэль немного изменяет ситуацию – он усыновляет детей Йосэфа: «А сейчас, два сына твоих, рожденных у тебя в стране Египет до прихода моего к тебе в Египет, мои они! Эфраим и Менаше, как Реувен и Шимон, будут мои» («Берешит» 48:5). То есть Йосэф порождает два колена, как Яаков – одиннадцать. При этом приоритетное благословение от Яакова получает младший – Эфраим («плодовитость» – это качество обещано народу в Земле Израиля). Менаше («предающий забвению») – второй.
Лишив Йосэфа детей, Яаков дает ему двойную долю наследства, чтобы в будущем колена Эфраима и Менаше были обеспечены равно с другими коленами Израиля: «А я дал тебе один участок, дополнительно к братьям твоим, который взял я из руки Эмори мечом моим и луком моим!» («Берешит» 48:22). В этом районе Страны есть два участка, принадлежащих Исраэлю: первый куплен «за сто ксита» («Берешит» 33:19), второй – военный трофей («мечом моим и луком моим») после уничтожения жителей Шхема. Оба эти участка отдаются Йосэфу. Главное в том, что «бездетному праотцу» Йосэфу для реализации своего статуса в еврейском народе надо быть похороненным на своей земле, в Эрец-Исраэль, подобно Аврааму, Ицхаку, Яакову, Саре, Ривке, Рахели и Лее.
Говорят, что все народы мира объединяет их общее прошлое, а еврейский народ – общее будущее. И для Йосэфа спустя 44 года после смерти Яакова будущее еврейского народа однозначно – в Эрец-Исраэль. Поэтому его потомки (правнуки Эфраима и Менаше, праправнуки сыновей Яакова) – сыновья (в смысле потомки) Исраэля (а не Яакова). «И сказал Йосэф братьям своим: „Я умираю, а Эло’им, вспоминая, вспомнит вас, и поднимет вас из страны этой в страну, о которой клялся Аврааму, Ицхаку и Яакову“. И заклял Йосэф сыновей Исраэля, сказав: „Вспоминая, вспомнит Эло’им вас, и поднимите кости мои отсюда!“» («Берешит» 50:24–25). Соблазн сытого египетского галута окончательно преодолен.

Суббота, 21 января 2017 г. – 23 тевета 5777 г.
Книга «Шмот» («Имена»)
Недельный раздел «Шмот» («Имена»)

Как семья превращается в народ
Раздел начинается с сообщения того, что нам уже было известно из завершения книги «Берешит», но сказано это довольно странно: «Вот имена сыновей Иcраэля, которые вошли в Египет с Яаковом, вошли каждый со своим домом» (Шмот 1:1). Почему Тора не говорит просто: сыновья Исраэля, пришедшие с ним в Египет? Зачем подчеркивать, что сыновья Исраэля пришли именно с Яаковом? И разве сыновья Исраэля не являются одновременно сыновьями Яакова? Не случаен этот оборот. В разделе «Вайигаш» книги «Берешит» аналогично описывается спуск семьи в Египет: «И встал Яаков из Беэр-Шевы, и повезли сыны Исраэля Яакова, отца своего, и детей своих, и жен своих…» («Берешит» 46:5). И снова, почти дословно: «Вот имена сыновей Исраэля, приходящих в Египет, – Яаков и сыновья его: первенец Яакова – Реувен…» («Берешит» 46: 8).
Мы помним, что имя Яаков, полученное при рождении, является воплощением качеств индивидуальных, имя главы семейства. Второе имя – Исраэль, завоеванное в ночном поединке с неизвестным, – символ качеств национальных, имя праотца народа. Не случайно следующие тысячелетия самоназвание еврейского народа – народ Израиля, наше географическое размещение – Земля Израиля, а официальное название нашего государства не «Израиль», но «Государство Израиля», на иврите «Мединат Исраэль».
Ссора братьев с Йосэфом возникла на почве будущей национальной идеологии. Йосэф видит будущее как работу по переустройству мира в среде других народов, а братья – как построение национального государства на своей Земле, которое станет образцом для народов мира. Поэтому «приходящие в Египет Яаков и сыновья его» (чисто семейная идентификация) являются «сыновьями Исраэля» – носителями национальных качеств будущего народа. Но ситуация неустойчива и не окончательна. Завершая список переселенцев в Египет, Тора указывает: «Всех душ, приходящих с Яаковом в Египет, вышедших из чресел его, кроме жен сыновей Яакова, всего шестьдесят и шесть душ. И сыновья Йосэфа, которые родились у него в Египте, две души» («Берешит» 46:26–27). Ни для кого не указывается место рождения, кроме сыновей Йосэфа. И в сегодняшнем разделе особо оговорено: «И было всех душ, выходящих из чресел Яакова, – семьдесят душ, а Йосэф был в Египте» («Шмот» 1:5). Вероятно, есть опасение того, что блеск египетской карьеры Йосэфа может повлиять на братьев и их планы национального самоопределения. Поэтому сохраняется двойственность: «сыновья Яакова» – «сыновья Исраэля».
В комментарии к предыдущему разделу мы говорили о том, что последней задачей, которую решал в своей жизни Яаков-Исраэль, было перевоспитание Йосэфа, изменение его идеологии с космополитической на национальную. Результат успешен. К тому моменту, когда «умер Йосэф и все братья его, и все поколение то» («Шмот» 1:6) все потомки Яакова (внуки, правнуки и праправнуки) определяются однозначно: «сыны Исраэля».
Тора говорит о них, что «плодились и кишели, и умножались, и усилились чрезвычайно, и наполнилась страна ими» («Шмот» 1:7). Эта фраза напоминает нам первую заповедь, данную Всевышним всему человечеству: «Плодитесь и размножайтесь» («Берешит» 1:29). То есть о сынах Исраэля сказано не в семейном смысле («у тебя будут потомки»), но в национальном, народ готовится решать общечеловеческие задачи. Недоумение вызывает только определение «кишели» – на иврите «ишерцу». В Торе «шерец» – собирательное название всех ползающих и «кишащих» (змеи, ящерицы, ужи, черви и пр.), тех, кто не ходит по земле, но ползает на брюхе. Это явное снижение качеств рождающегося народа.
Тем не менее происходит качественный скачок. Но чтобы увидеть его, надо посмотреть со стороны. Когда «встал царь новый над Египтом, который не знал Йосэфа» («Шмот» 1:8), для которого евреи уже не просто лояльные подданные, умелые пастухи, опытные менеджеры и т. д., но некие инородцы, со своим Всевышним, своей историей и традицией, то понадобилось определить свое отношение к ним. «И сказал народу своему: „Вот, народ сынов Исраэля многочисленнее и сильнее нас» («Шмот» 1:9). Впервые сказано о нас – «народ сынов Израиля» – «ам бней Исраэль»! Дальнейшее взаимодействие нас и Египта развивается не по схеме «государство – граждане», но как взаимодействие двух народов.
Еще раз мы услышим о себе «народ Исраэля» из уст арамейского колдуна Билама («Бамидбар» 22–23). Но там речь пойдет уже о выдающихся качествах нашего народа, приобретенных после Откровения за сорок лет странствий по пустыне.

Суббота, 28 января 2017 г. – 1 швата 5777 г.
Книга «Шмот» («Имена»)
Недельный раздел «Ваэра» («Открывался...»)

Год казней
Раздел «Ваэра» и раздел «Бо» включают в себя весь тот год, в течение которого длилась подготовка к исходу из Египта. Традиция говорит нам, что десять казней египетских продолжались все это время.
Существуют разные объяснения причины казней. Понятно, что Всевышний мог просто взять и вывести нас из Египта, не особо заботясь о том, хотим ли этого мы сами и что думает об этом фараон. Тому, кто может устроить потоп, сжечь Сдом или смешать языки народов, наверное, несложно построить евреев в колонну, которая промарширует в сторону Синая мимо оцепеневшего от страха фараона под приветственные крики его военачальников. Есть мнение, что казни были нужны для нашего воспитания, чтобы оторвать нас от египетской мифологии и напомнить, кому мы служим на самом деле. Но Тора не показывает особых изменений за этот год среди сынов Исраэля. Такие же жестоковыйные, самоуверенные, капризные, постоянно вспоминающие о сладкой жизни в Египте, готовые при случае закидать камнями даже своего вождя Моше. На народ Египта казни тоже особо не действуют. В условиях «вертикали власти» египтяне не видят ни своей вины в случившемся, ни способов повлиять на ситуацию: на все воля богов и фараона.
Раздел начинается не совсем обычно, со второго стиха шестой главы. А первый стих, оставшийся в предыдущей главе, гласит: «И сказал Ашем Моше: „Сейчас увидишь, что Я сделаю фараону, потому что рукою сильною пошлет их (то есть нас, евреев) и рукою сильною прогонит их из страны своей“» («Шмот» 6:1). То есть казни предназначены в основном фараону, и единственный, кто принципиально изменился за этот год, – фараон.
Первая характеристика фараона, «не знавшего Йосэфа», – его ответ на речь Моше и Аарона о том, что «Ашем, Эло’им Исраэля» просит отпустить народ, чтобы провести в пустыне праздник для Ашем. «И сказал фараон: „Кто Ашем, что я послушаю голоса Его послать Исраэль? Не знал я Ашем, и также Исраэль не пошлю!“» («Шмот» 5:2). Просьба Моше состоит из трех частей, и ответ фараона распадается на три части.
Первая: «Кто Ашем?» Это не тавтология. Эло’им, как высшая сила, управляющая Исраэлем, для фараона понятен, как Апис или Осирис, управляющие своими аспектами египетской жизни. Но что такое трансцендентное, надмирное? То есть вопрос фараона означает, что он не имеет никакой информации, находящейся за пределами египетской картины мира.
Вторая: «Не знал я Ашем». Ивритское слово «ладаат» не обозначает просто получение информации. Например, говорится, что Адам «познал» свою жену, что означает, что они соединились в одно целое. Поэтому «знать» – это не просто услышать, но и принять, сделать частью себя (стать Его частью).
Третья: «Исраэль не пошлю!» – результат предыдущего рассуждения.
Воздействие на фараона по трем составляющим его ответа происходит тремя группами казней (согласно пасхальной Агаде их десять).
Еще перед всеми казнями «укрепилось сердце фараона, и не послушал их» («Шмот» 7:13). Фараон готов ничего не принимать близко к сердцу.
Первая казнь (превращение воды в кровь) фараона не впечатлила – «не тронулось сердце его также этим» («Шмот» 7:23) – потому, что египетские колдуны смогли сделать то же самое. Похожий результат и у второй казни (нашествие лягушек). А вот третья казнь (вши) заставила египетских колдунов-хартумов признать, что ситуация вышла за рамки их возможностей. То есть приходится признать существование того, что не укладывается в египетскую картину мира. Но урок еще не усвоен окончательно, и «укрепилось сердце фараона» («Шмот» 8:15).
Во время четвертой казни (нашествие диких зверей) колдуны абсолютно бессильны, кроме того, становится очевидной граница между народом египетским и народом Израиля. Фараону приходится признать существование Ашем: «И сказал фараон: „Я пошлю вас, и зарежьте жертвы для Ашем, Эло’им вашего, в пустыне, только далеко не удаляйтесь, помолитесь за меня!“» («Шмот» 8:24). Но когда нашествие зверей прекратилось, снова «отягчил фараон сердце свое также в этот раз, и не послал народ» («Шмот» 8:28). Аналогичная ситуация происходит во время пятой казни (мор скота), а вот шестая казнь приводит фараона к началу познания Ашем: «И укрепил Ашем сердце фараона, и не послушал их, как говорил Ашем Моше» («Шмот» 9:12)
Первая группа казней происходила из стихии воды, вторая группа – земли, третья – неба.
Седьмая казнь (огненный град) вынуждает фараона на признание: «И послал фараон, и позвал Моше и Аарона, и сказал им: „Провинился я на этот раз! Ашем праведен, а я и народ мой – злодеи. Помолитесь к Ашем, и довольно быть громам Эло’им и граду, и отпущу вас, и не буду более удерживать“» («Шмот» 9:27–28). Фараон продолжает узнавать Ашем, знакомится с Его качествами и возможностями и готов согласиться. Но Египет стоит на рабском труде, лишить страну рабочей силы невозможно. Посовещавшись с министрами, фараон меняет решение: «И утягчил сердце свое, он и рабы его… и не отпустил сынов Исраэля» («Шмот» 9:34–35).
Завершение истории – в февральском разделе «Бо».

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь