Февраль 23, 2017 – 27 Shevat 5777
На юдофобских ветрах

image

Появится ли на минской Яме подобающий мемориал?  

С улицы она неприметна: прикрыта растительностью, в десятке метров над ней нависла громада многоэтажки. Тот, кто не знает, что здесь – мемориал, безучастно пройдет мимо. Ведь поблизости – ни указателя, ни пояснительной доски.

За памятник убитым евреям – в ГУЛАГ
До конца 1990-х на Яме стоял только черный обелиск в память об узниках Минского гетто, убитых 2 марта 1942-го (см. стр. 41). Это был далеко не единственный здесь погром, но именно Яма стала в Минске символом трагедии. Сюда, в заброшенный карьер, сбрасывались трупы убитых. В 20-х числах октября 1943-го Минское гетто было полностью уничтожено. Выжить удалось лишь единицам, спрятавшимся в «малине», и тем, кто еще раньше, рискуя жизнью, успел уйти к партизанам или раствориться среди местного населения.
Обелиск был установлен в 1947 г. О его истории повествуется в недавно вышедшем в Иерусалиме 2-м томе книги Якова Басина «Музы и тьма». Еще живя в Минске, он записал рассказ одного из создателей обелиска Семена Спришена: «Я помню, как его начинали делать в 1945-м. Как не могли собрать нужных денег. Как вновь и вновь ходили по домам, и не было такой семьи, даже самой голодной и обездоленной, где нам отказали бы в помощи...»
Несмотря на трудности, деньги собрали, памятник поставили. Поэт Хаим Мальтинский, бывший фронтовик, написал текст на идише о том, что памятник поставлен в память о 5000 евреев, убитых 2 марта 1942 г. Евреев, а не «мирных советских граждан». Это был первый в стране памятник жертвам Холокоста, причем с надписью на идише.
В 1949-м, в разгар «борьбы с космополитами», Мальтинского арестуют. Надпись на памятнике используют для обвинения его в «еврейском буржуазном национализме». У него отобрали очки, костыли (одна нога после ранения была ампутирована). Так подлая власть «отблагодарила» фронтового командира стрелковой роты, кавалера боевых наград. На свободу Мальтинский выйдет после смерти Сталина.
А в 1952-м арестуют Спришена, припомнив и ему, каменотесу, сооружение памятника. Обвинение то же: «еврейский буржуазный национализм». 10 лет лагерей. И он после смерти тирана был реабилитирован, но лагерь сократил его жизнь.

Поднимаясь над страхом
Шли годы, сменялись генсеки, а к «черному обелиску» в годовщины погрома и 9 мая приходили минские евреи – почтить память погибших узников гетто. С середины 1970-х в День Победы здесь стали возникать митинги. Говорили не только о памяти, но и о наболевшем – об антисемитизме. Пример гражданской отваги показали ветераны войны, отставные полковники Ефим Давидович и Лев Овсищер.

Михаил НОРДШТЕЙН

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь