Освободитель Освенцима в 91 год продолжает тренировать германских спортсменов 

Моему собеседнику, ветерану Второй мировой войны, заслуженному мастеру спорта по фехтованию Давиду Душману 1 апреля исполнится 92 года. В войну ему повезло попасть в число тех 3% воинов 1922–1923 гг. рождения, которые остались в живых. Он выжил, несмотря на три ранения, два из которых, как говорили врачи, были несовместимы с жизнью.
27 января – особый день для Давида Александровича, который 70 лет назад на своем танке в составе танкового батальона ворвался на территорию концлагеря Освенцим. В нынешнем году Süddeutsche Zeitung в этот день посвятила ему статью «Человек, который смял гусеницами танка заграждение Освенцима».
Накануне я позвонил ветерану, с которым меня связывают давние дружеские отношения. «Приходи, – сказал он. – Только в первой половине дня. Вечером я на работе». Эта фраза меня обрадовала: значит, он по-прежнему в строю – тренирует молодых фехтовальщиков.

Где еще могут беседовать бывшие советские люди, как не на кухне за чашкой кофе? Я задал Давиду Александровичу несколько вопросов.

– Как началась для вас та война?

– Я окончил 10-й класс и 22 июня должен был участвовать в соревнованиях по фехтованию. К тому времени я уже был чемпионом Москвы среди юношей по сабле. В «Вечерней Москве» даже вышла статья «С одной школьной скамьи» – обо мне и моем однокласснике и друге Николае Озерове (будущем известном спортивном комментаторе. – И. Ш.). Он тоже был чемпионом Москвы, но по теннису. Конечно, соревнования не состоялись. Было выступление Молотова по радио – война! В тот же день я помчался в военкомат проситься на фронт. Боялся, что война закончится быстрым разгромом фашистов и я не успею повоевать. Предвоенная пропаганда нацеливала нас на то, что если враг на нас нападет, то война будет вестись на его территории. И вот 2 июля я уже был в танке и со своей частью мчался на запад навстречу вторгшимся вражеским войскам.

– 18-летнему юноше доверили танк?

– Представь себе. До этого я гонял по Москве на мотоцикле, затем прошел подготовку допризывника и числился в военкомате как владеющий транспортным средством. Всю огневую мощь наступавшей гитлеровской армии мы ощутили на себе примерно в 100 км западнее Минска. Наши легкие танки БТ были не в состоянии противостоять тяжелым танкам противника. Так что песня «Броня крепка и танки наши быстры» – это было не про нас.

– Экипаж танка состоял…

– …из трех человек: командир танка, стрелок и я – механик-водитель. Начало войны было ужасным. Повсюду царили растерянность и хаос. Артиллеристам подвозили снаряды не того калибра, к танкам не подвозилось горючее. В плен попадали целые армии. Мы отступали с большими потерями и так докатились до Смоленской области. В сражении под Ельней – а это была первая наша наступательная операция, ею командовал Жуков – наш танк загорелся. Когда я выбирался из машины, рядом с ней разорвалась мина. Осколок попал мне в брюшную полость. А дальше – операция в полевых условиях, более трех месяцев госпиталей, сыпной тиф. Выжил благодаря тому, что был спортсменом, да и от природы физически сильным.

– А что дальше?

– Снова попросился на фронт, хотя и мог остаться в тылу. Повезло: попал в свою часть. Вместе с ней участвовал в окружении немцев под Сталинградом. Затем была Курская битва. Там я был ранен второй раз. Слава богу, легко.

– А танки были все те же – легкие?

Беседовал Исай ШПИЦЕР

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь , заказать ознакомительный экземпляр здесь

Написать письмо в редакцию