Июль 28, 2017 – 5 Av 5777
Мсье Шуля

image

Памяти «еврейской Маты Хари»  

В 44 года ее приговорили к смертной казни за шпионаж, связь с преступным сообществом, контрабанду людьми и попытку государственного переворота. Но Шуля Коэн прожила еще более полувека, пройдя через пытки и навсегда заслужив лавры еврейской Маты Хари.
Она родилась в Аргентине в том самом судьбоносном 1917-м, когда в России к власти пришли большевики, а в Земле Израиля британский фельдмаршал Эдмунд Алленби отбил у турок Иерусалим. Ее родители были сионистами, как сказали бы теперь – религиозными сионистами. Поэтому вскоре после рождения дочери семья переехала в подмандатную Палестину, осев в только что отстроенном и на тот момент одном из престижных иерусалимских кварталов Макор-Барух. Шуля была отправлена в передовую школу, названную в честь Эвелины де Ротшильд – представительницы британской ветви знаменитой семьи еврейских банкиров и филантропов. В этой школе религиозные еврейские девочки получали вполне светское и современное образование, а преподавание в соответствии с сионистским подходом велось на иврите.
Шуля Кишик выросла в доме, где отец и старший брат хранили оружие еврейских подпольщиков, пряча пистолеты от британских полицейских в мешочках для хранения молитвенных принадлежностей. И, окончив школу, она тоже представляла свою будущую жизнь в борьбе за возрождение еврейской государственности. Но все сложилось иначе.
Ей было всего 16, когда к отцу из Бейрута приехали сваты. Жених был молод, красив и весьма состоятелен. Стороны быстро договорились, а Шуля, понимая, как рушатся ее жизненные планы, заперлась в комнате и рыдала ночь напролет.

Покинув Иерусалим, она вместе с мужем Жозефом Коэном поселилась в еврейском квартале контролируемого французами Бейрута. Состояние заботливого и любящего мужа-коммерсанта вполне могло обеспечить ей спокойное положение ни в чем не нуждающейся домохозяйки, но скучная жизнь была Шуле не по сердцу. Молодая, красивая и заводная, она быстро стала заметной фигурой в богатой и влиятельной еврейской общине города. Вскоре Шуля завела серьезные знакомства и за пределами еврейской общины – в «высшем свете» Бейрута.
Шли годы, семья Шули и Жозефа росла, как, впрочем, и их благосостояние. Бейрут, ставший к этому времени столицей независимого Ливана, после окончания Второй мировой войны превратился в «маленький Париж» и был крупнейшим ближневосточным центром развлечений, где светская жизнь не прекращалась ни днем ни ночью.

Александр НЕПОМНЯЩИЙ

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь