К 65-летию со дня смерти Хаима Вейцмана и 100-летию Декларации Бальфура  

Среди «отцов-основателей» Государства Израиль, посвятивших свою жизнь борьбе за осуществление сионистского идеала, одной из самых крупных фигур был Хаим Вейцман.

Путь к сионизму
Он происходил из самой толщи многострадального российского еврейства. Его отец Озер Вейцман был небогатым служащим лесосплавной конторы в деревне Мотоль, расположенной среди полесских лесов и болот тогдашней Гродненской губернии (ныне Брестской области Белоруссии). 27 ноября 1874 г. мать Рахель-Леа, родившая 15 детей и сумевшая 12 из них вырастить, произвела на свет третьего ребенка, которому дали имя Хаим. Согласно еврейской традиции, сыновья получили начальное еврейское образование в хедере. Одновременно семья прониклась духом палестинофильства. Вместе с тем отец, которому не были чужды веяния набиравшего силу еврейского Просвещения, будучи озабоченным будущих своих детей, стремился помочь им получить наилучшее образование. «С его помощью (а также благодаря тому, что мы помогали друг другу) девять из нас окончили университет – дело по тем временам неслыханное», – вспоминал Вейцман.
Получив первоначальное образование в Пинске, 18-летний Хаим отправился для продолжения учебы в Германию. В Берлине он вступил в «Ферайн» – союз еврейских студентов из России, в котором состояли будущие видные сионисты Л. Моцкин, Н. Сыркин, Ш. Левин. Бедные молодые люди собирались в отеле «Центрум» на Александерплатц, где им давали в кредит сосиски и пиво. «Я с трепетом вспоминаю о том, как много мы говорили, – писал впоследствии Вейцман. – Мы говорили обо всем, но главным образом – о еврейской проблеме и Палестине. Мы пели, мы отмечали еврейские праздники… мы спорили со сторонниками ассимиляции и строили обширные планы по спасению своего народа». И когда в 1896 г. еврейский мир облетела весть о выступлении Т. Герцля с идеей создания еврейского государства на земле Сиона, молодые люди стали безусловными приверженцами сионизма.
Проучившись некоторое время в Университете Фрайбурга, Вейцман завершил университетское образование в Швейцарии, получил докторскую степень по химии и в 1901 г. начал свою академическую карьеру в Женевском университете. С этого времени в его жизни совмещались два вида деятельности – наука и борьба за достижение сионистской цели, причем второй был главным.

Против «плана Уганды»
Став приверженцем Т. Герцля и активным сионистом (он был участником всех Сионистских конгрессов, кроме первого), Вейцман почти с самого начала понимал задачи сионизма несколько иначе, чем его родоначальник: не только как борьбу за право евреев на массовое заселение Палестины, находившейся в то время под властью Османской империи, но и как практические усилия по увеличению численности еврейского населения Эрец-Исраэль, созданию там хозяйственной инфраструктуры, возрождению и развитию еврейской культуры, науки и языка иврит. Эти идеи легли в основу деятельности оппозиционной Герцлю Демократической фракции, созданной в 1901 г., накануне 5-го Сионистского конгресса. Ее ведущими деятелями, наряду с Вейцманом, были будущие видные сионисты Л. Моцкин, М. Бубер, Я. Бернштейн-Коган и др. Это объединение просуществовало до 1904 г., когда оно раскололось по вопросу об отношении к «плану Уганды».
Этот план появился в 1903 г. и исходил от правительства Англии, предложившего Всемирной сионистской организации (ВСО) создать автономное еврейское поселение в Британской Восточной Африке (ныне часть территории Кении). Официальной причиной появления плана было желание помочь евреям России, страдавшим от бесправия и погромов. Но были, очевидно, и тайные интересы: привлечь в Восточную Африку профессиональную рабочую силу и капиталы для экономического подъема региона. Герцль был склонен принять этот план как временную меру с целью спасти российское еврейство и предотвратить рассеяние бежавших из России евреев.
«План Уганды» вызвал резкие споры внутри сионистского движения и поставил его на грань раскола. Его противники, в том числе и Вейцман, видели в нем акт предательства многовековых надежд еврейского народа и основной цели сионистского движения – возрождения еврейского государства на земле предков. И хотя сам Герцль незадолго до смерти (в 1904 г.) отказался от этого плана, а 7-й Сионистский конгресс (1905) окончательно отверг его, в английских правящих кругах с недоумением воспринимали отрицательное отношение сионизма к «плану Уганды».
В 1906 г. один из их представителей, восходящий консервативный политик лорд Артур Бальфур, решил встретиться с Вейцманом (он с 1904 г. работал в Университете Манчестера), чтобы понять причины неприятия им «плана Уганды». Вейцман объяснил Бальфуру, что в основе сионизма лежит глубокое чувство, связывающее еврейский народ с Эрец-Исраэль. Видя, что его аргументы не воспринимаются собеседником, он спросил: «Мистер Бальфур, если бы вам предложили Париж вместо Лондона, вы бы согласились?» Позже Вейцман вспоминал: «Он выпрямился в кресле, посмотрел на меня и сказал: „Мистер Вейцман, но Лондон – это же наш город!“ – „Вот именно! – воскликнул я. – А Иерусалим был нашим, когда на месте Лондона еще расстилались болота“. Он опять откинулся в кресле, продолжая меня разглядывать, и спросил: „И много есть евреев, которые думают так же, как вы?“ Я ответил: „Могу вас заверить, что это мнение разделяют миллионы евреев“. Тогда Бальфур заметил: „Если это так, то в один прекрасный день вы станете большой силой“».
Личность Вейцмана и его доводы произвели большое впечатление на Бальфура. Спустя два десятилетия он писал своей племяннице, что разговор с Вейцманом в 1906 г. помог ему понять уникальность еврейского патриотизма: «Любовь к своей стране заставила их отказаться от „проекта Уганды“. Абсолютный отказ Вейцмана даже взглянуть на него – вот что поразило меня».
Вейцман был, особенно после посещения им Палестины в 1907 г., активным сторонником практического «насыщения» ее еврейским «содержанием». По-прежнему считая первостепенной задачей сионистского движения борьбу за обретение территории для создания еврейского государства, он активно выступал за расширение сети еврейских поселений и сельскохозяйственных кооперативов, за развитие культуры на иврите. Это нашло выражение в выдвинутой им концепции «синтетического сионизма», предусматривавшей слияние «политического», «практического» и «духовного» сионизма в единое целое. «Мы должны стремиться к получению хартии, но это стремление будет реализовано только в результате нашей практической работы в Эрец-Исраэль», – заявил он на 8-м Сионистском конгрессе (1910). По его предложению, поддержанному М. Усышкиным, 11-й Сионистский конгресс (1913) принял решение о создании в Иерусалиме Еврейского университета. А когда накануне Первой мировой войны разгорелся спор о языке преподавания в хайфском Техникуме (будущем Технионе) – на немецком или на иврите, – он решительно выступил за иврит, хотя и предвидел трудности перевода на него научной лексики.
В эти годы, становясь известным ученым, Вейцман приобщался к британскому образу жизни, к либерально-демократическим традициям, среди которых большую роль играли принципы компромисса. Он все более проникался убеждением, что, ориентируясь на Британию, сионистское движение сможет наиболее успешно добиваться своих целей. Даже внешне и манерами он, вышедший из глубин еврейской местечковой жизни, старался походить на благородного англичанина. «Вся его личность, – писал один из современников, – излучала благородство и истинно королевское достоинство».

«Отец» Декларации Бальфура
В июле 1914 г. разразилась Первая мировая война. К этому времени Вейцман уже был одним из влиятельных лидеров сионистов Британии, вице-председателем ее Сионистской федерации. В отличие от официальных руководителей мирового сионизма, призвавших национальные сионистские организации придерживаться нейтралитета в войне, Вейцман был убежденным сторонником победы Англии. После того, как в октябре 1914 г. Турция вступила в войну на стороне Германии, он понял, что на Ближнем Востоке произойдут события чрезвычайной важности для евреев, что после войны «Палестина окажется в британской сфере влияния». И что нужно заинтересовать британские правящие круги в еврейской колонизации Палестины, которая могла бы создать «надежную защиту для Суэцкого канала».
Эти идеи Вейцмана поддержали британские сионисты И. Зиф, С. Маркс и Дж. Коуэн, а также видные сионисты – выходцы из России Н. Соколов, Н. Членов, а позднее – В. Жаботинский, Ахад-ха-Ам и др. Вейцману удалось увлечь ими влиятельных евреев – банкира лорда Л. Ротшильда и министра Г. Сэмюэля.
Во время войны у Вейцмана начали складываться благоприятные возможности для распространения своих идей среди британской правящей элиты. Как ученый он был привлечен Министерством военного снабжения к работе по созданию технологии промышленного производства ацетона, необходимого для получения пороха. Через год (к этому времени он уже жил в Лондоне) задача была решена. Д. Ллойд-Джорж, ставший в 1916 г. премьер-министром, во время одной из встреч сказал ему: «Вы оказали выдающуюся услугу отечеству, и я собираюсь рекомендовать вас Его Величеству для представления к награде». – «Мне лично ничего не надо, – ответил ученый, – но я хотел бы попросить кое-что для моего народа».
Вейцману удалось завязать знакомства со многими министрами британского правительства. Он был вхож в их кабинеты, его внимательно выслушивали. При этом он умел учитывать как своеобразную христианскую религиозность некоторых политиков, включавшую в себя также симпатии к древнему еврейскому народу, так и геополитическую заинтересованность Великобритании в расширении своих позиций на Ближнем Востоке. Вейцману удалось заинтересовать своими планами Д. Ллойд-Джорджа. А старый знакомый А. Бальфур во время одной из встреч сказал ему: «Я думаю сейчас, что, когда умолкнут пушки, вы, пожалуй, сможете получить свой Иерусалим».
Среди тех, кто глубоко воспринял идеи Вейцмана и стал активным его приверженцем, был Герберт Сэмюэль – единственный министр-еврей в британском правительстве. Но было немало и противников идей Вейцмана. И среди них – не только некоторые члены правительства, но и влиятельные ассимилированные евреи, которых Вейцман называл «внутренними врагами». Они считали себя английскими «патриотами» и видели в сионизме лишь вредное движение.

Аркадий ЦФАСМАН

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь