Криминалисты рекомендуют для раскрытия преступлений следить за денежными потоками. Для понимания политики важны потоки сознания, особенно спонтанные, не подвергнутые коррекции. Вот и 14 июля, после чудовищного теракта в Ницце, российские официальные лица «проговорились». Председатель комитета по международным делам Совета Федерации Константин Косачев заявил: «Теракт в Ницце показал, что Запад должен идти на более тесное сотрудничество с Россией для противодействия общей угрозе – терроризму». А официальный представитель МИД России Мария Захарова призвала «бороться не с „гибридными угрозами“, а с реальными».
Вряд ли можно считать случайными подобные призывы после недавнего саммита НАТО и внесения в Европарламент проекта резолюции, в которой предлагается на политическом уровне признать ведение Российской Федерацией информационной войны против Европы.
После окончания холодной войны Запад активно использовал так называемую «мягкую силу», стремясь втянуть сперва СССР, а затем постсоветские страны в свое цивилизационное пространство. В России многие годы скептически относились к использованию этого инструмента во внешней политике, ограничиваясь созданием бюрократических структур типа Россотрудничества или фонда «Русский мир» на фоне сперва критики Запада за применение им «мягкой силы», а затем и решительной борьбы с «иностранными агентами». Однако в последнее время, особенно после украинского Майдана и вызванного им ухудшения отношений с Западом, «мягкая сила» стала для Путина одним из важнейших внешнеполитических инструментов. Несмотря на финансовые сложности, деньги на гибридную войну Россия находит и в бюджете, и в карманах олигархов. Об этом свидетельствует то обстоятельство, что по итогам 2015 г. она впервые вошла в тридцатку мировых лидеров по применению «мягкой силы». При этом составитель рейтинга – британское агентство Portland Communications – подчеркивает «огромные усилия» Кремля по улучшению имиджа страны, называя главным инструментом этого контролируемое государством телевидение и в первую очередь телеканал Russia Today. Менее известными западному обывателю, но достаточно действенными являются и такие орудия «мягкой силы», как советы российских соотечественников, русскоязычные партии, коррумпированные тем или иным способом западные политики (вот и мэр Ниццы Кристиан Эстрози в марте съездил в оккупированный Россией Крым) и журналисты, а также российские «мозговые центры» на Западе, призванные убеждать тамошних политиков дружить с Россией (см. стр. 12).
Без сомнения, Россия и далее будет усиливать использование «мягкой силы». Не зря же, комментируя упомянутый рейтинг, все тот же Косачев заявил: «Полагаю, 27-е место – это не аванс, а, скорее, недооценка». А его ультраконсервативный коллега сенатор Франц Клинцевич полагает, что Россия и вовсе входит в тройку лидеров по использованию «мягкой силы» наравне с США и Китаем. С ним согласен и близкий к Кремлю политолог Сергей Караганов: «Одна из причин недовольства нами коллег на Западе как раз и заключается в том, что мы предоставляем другой, альтернативный и близкий большинству человечества вариант развития». Правда, почему-то это большинство не стремится в Россию, а готово выражать свою поддержку лишь издалека в обмен на финансовые вливания, дешевые кредиты, выгодные – нынешние или будущие – должности при «бензоколонке» или приличные зарплаты. Некоторые бывшие советские граждане охотно делают это и задаром, живя при этом на деньги западных налогоплательщиков, но сами при этом не спешат в Россию, чтобы развиваться по альтернативному варианту.
Ныне в первой тридцатке рейтинга использования «мягкой силы» не оказалось еще одной страны, которая все более активно использует этот инструмент. А ведь годом ранее Турция занимала в списке 28-е место. И сегодня, особенно в Германии, выстраиваемое Эрдоганом автократическое исламское государство ненамного отстает от России, целенаправленно ориентируя проправительственные СМИ на агитацию живущих в ФРГ турок, используя в своих целях сотни командированных в ФРГ имамов и поддерживая создание в европейских странах этнических – читай c доминированием турок – партий (см. стр. 5). Несмотря на декларируемую ими приверженность принципам демократии, некоторые «мелочи» выдают истинный поток мысли. Не случайно новая турецкая партия провозгласила в Берлине о своем создании в 14.53. Инициаторы не сомневались, что мусульманам хорошо известен год взятия турками Константинополя – 1453-й. Что это, как не объявление войны, пусть и гибридной?

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь

Email This Page

Социальные сети