Беседа с писателем-сатириком и переводчиком Михаилом Мишиным  

Гость «Еврейской панорамы» Михаил Мишин – советский и российский писатель, переводчик, сценарист, актер. Один из ведущих сатириков России. Лауреат литературных наград в области сатиры и юмора, в том числе легендарной премии «Золотой теленок» (дважды) и «Золотой Остап». Удостоен персонального тома в «Антологии сатиры и юмора России XX в.».

– Михаил Анатольевич, вы родились в послевоенное время в Ташкенте, а в семилетнем возрасте вместе с родителями переехали в Ленинград. Какие ассоциации возникают у вас с ташкентским периодом вашей жизни?
– Это самые лучшие и самые нежные воспоминания, потому что это – детство!
– Вы когда-нибудь ощущали на себе проявления антисемитизма – бытового или государственного?
– Все мы в какой-то мере это ощущали – на себе или на ком-то из близких и друзей. Ничего нового здесь нет: уже 150 тысяч раз было сказано, что в Советском Союзе существовал государственный антисемитизм. Что касается меня, то я со стороны своего окружения – в школе и в институте – практически никогда на себе не ощущал какой-то дискриминации по национальному признаку. Меня не дразнили, не задирали. Но вообще лет в семь или восемь было уже ясно, что еврей – это как-то напряженно, и когда я в третьем, что ли, классе заполнял какую-то анкету, то подло написал, что папа – еврей, а мама – русская, хотя они оба были евреи. До сих пор противно. А что до государственного антисемитизма… Я окончил электротехнический институт, а тогда, как вы знаете, было распределение и тот, у кого были лучшие оценки, мог выбирать место работы. Следующий мог выбирать все, кроме того, что выбрал первый, и т. д. У меня были приличные оценки, я шел в первой половине и выбрал один «закрытый» институт (а тогда многие институты были «закрытыми»), потому что он находился рядом с моим домом. Туда и был распределен. А тогда существовало такое положение, что по распределению тебя не имели права не взять. Я спокойно жду своего первого рабочего дня – и вдруг приходит необыкновенная телеграмма из Министерства образования, что такой-то выпускник перераспределяется в другой НИИ. Я дико обозлился и пошел качать права в «мой» институт. Ко мне вышел дядька в сером костюме – начальник отдела кадров, оказавшийся, кстати, нормальным мужиком, и сказал, чтобы я не расстраивался, что вышла нелепая ошибка, что он за нее извиняется и что я еще рад буду. И посмотрел в глаза. Я вс понял. Потом, и правда, был рад, что туда не попал…
– Зачем, по-вашему, советскому руководству нужно было считать евреев «пятой колонной»?
– Не люблю повторять то, о чем все уже говорили. Во все времена власти нужен был клапан, чтобы отводить народное недовольство, а евреи прекрасно подходили на эту роль на протяжении веков. Вообще, национализм – это вещь, которая во многом иррациональна с точки зрения логики (уж боюсь сказать – биологии), поэтому разыграть эту карту может – и разыгрывает, когда сочтет нужным, –каждый, у кого в руках власть. Так что, простите еще раз, ничего нового я тут не скажу….
– У ваших родителей были творческие профессии: отец – журналист, мать – музыкант. Они хотели, чтобы их сын тоже выбрал что-то подобное?
– Тогда в нашей разночинной интеллигенции было принято получать «корочки». Мама действительно была музыкантом, и, думаю, могла стать большим музыкантом, но не сложилось. Она всегда хотела, чтобы я учился музыке. Ну, и я дважды поступал в музыкальную школу. Первый раз – по классу рояля. Мы тогда жили в коммунальной квартире с 11 жильцами на Выборгской стороне в Ленинграде. А потом родители получили квартиру в новостройке на Московском проспекте, но тогда там еще не было метро, поэтому добираться до музыкальной школы стало нереально. Мама перевела меня в новую музыкальную школу, но тут «рояльных» мест не было, и я поступил в класс кларнета. Но потом маме внушили, что это страшно вредно для легких ребенка, и кларнетиста из меня тоже не вышло. Так что музыкального образования у меня нет, хотя я позже сам научился бренчать на гитаре, потому что был Окуджава. Отец всегда поддерживал маму, и ему хотелось, чтобы я писал. Но сначала пришлось стать инженером…

Беседовал Евгений КУДРЯЦ

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь