Сентябрь 30, 2016 – 27 Elul 5776
Легендарная пара

image

Симоне Синьоре и Иву Монтану в этом году исполнилось бы 95 лет  

Во времена хрущевской «оттепели» советские люди впервые увидели их во французских фильмах, услышали неповторимые голоса с волнующим тембром. И были очарованы сценическим мастерством прославленных западных артистов, еще ничего не зная об их происхождении и перипетиях их жизненных путей.

Такое разное детство
Выдающаяся актриса Симона Синьоре родилась 25 марта 1921 г. в Висбадене, где ее отец Андре Каминкер, юрист по образованию и выходец из состоятельной семьи польских евреев, служил переводчиком во французской армии, оккупировавшей Рейнскую область по Версальскому договору. Муж и жена придерживались разного образа жизни: светский Андре общался с богемой, католичка Мари имела твердый характер и детей воспитывала в строгих правилах. «Худшее, что мог сделать хороший мальчик из еврейской семьи, – это жениться на гойке», – писала позже их дочь. Будущую кинозвезду назвали Симона-Анриэтта-Шарлотта. Через два года после ее рождения семья переехала на родину матери, в престижный пригород Парижа. Благодаря феноменальной памяти и лингвистическим способностям девочка быстро овладела французским языком, в семь лет свободно говорила по-немецки и по-английски, в школе легко освоила латынь.
Став журналистом, Андре Каминкер много разъезжал по свету, занимался переводами и редко бывал дома. Симоне исполнилось девять, когда в семье появился Ален, спустя полтора года – Жан-Пьер, и она охотно помогала в уходе за братьями. В старших классах увлекалась Хемингуэем, Фолкнером, Стейнбеком, а спектакль «Три товарища» по роману Ремарка потряс ее. С ранних лет малышка искусно пародировала окружающих, вызывая смех и аплодисменты близких, которые называли ее «артисткой». А когда отец работал в театральном агентстве, она регулярно посещала различные постановки, хотя мать и не одобряла это увлечение.
Накануне Второй мировой войны родители разошлись, отец уехал в Лондон и стал комментатором на радио, вещавшем на оккупированную немцами Европу. Симона окончила лицей в Бретани, получив степень бакалавра филологии. Война застала Каминкеров в городке Сен-Жильда, где семья регулярно проводила лето. Вскоре немцы конфисковали их дом, и пришлось вернуться в Париж. Мать работала белошвейкой, а 19-летняя дочь подрабатывала курьером, стенографисткой, журналисткой, репетитором по языкам. Новые знакомые связали ее с французским Сопротивлением, но посвятить себя борьбе в его рядах она не решилась, сознавая ответственность за судьбу семьи. Между тем нацисты проявили повышенный интерес к неарийской фамилии Симоны. И тогда влиятельные друзья семьи помогли изменить «Каминкер» на «Синьоре» – девичью фамилию матери. Точно такая была у Габриэля Синьоре – любимого киноактера девушки.
По-иному складывалась судьба знаменитого шансонье Ива Монтана. Он явился на свет 13 октября 1921 г. третьим ребенком в семье Джованни Ливи – потомка сефардов, ремесленника из селения Монсуммано-Терме в Тоскане. Его жена, католичка Джузеппина, тайно от мужа-коммуниста крестила детей. Разговаривала с ними, смешивая ладино с итальянским и французским. А младшего сына звала домой из окна: «Ivo, monta!» («Иво, поднимайся!»). Поэтому в юности он переименовал себя на французский манер – Ив Монтан. Когда к власти в Италии пришли фашисты во главе с Муссолини, Джованни решил увезти семью в США, но не получил виз и в 1924 г. эмигрировал в Марсель. Отец, открывший там фабрику щеток, разорился во время кризиса, и дети вынуждены были бросить школу, чтобы работать: Лидия стала парикмахером, Жульен – официантом, а 11-летний Ив поступил на завод. Позже он помогал сестре в салоне, трудился молотобойцем в доке. Весь заработок отдавал семье, оставляя себе немножко на посещение фильмов, особенно с участием Фреда Астера – популярного актера, певца, танцора. В 17 лет, преодолев робость, Иво впервые публично выступил как шансонье и с тех пор преуспевал в качестве солиста в кинотеатрах, клубах, кабаре. А когда во Францию вторглись немцы, юному артисту пришлось спасаться от облав и трудовой повинности, причем гестапо и полиция не раз допытывались насчет его происхождения. Впоследствии он сказал Симоне: «А знаешь, ведь мы оба чудом уцелели». Отец печатал и распространял антифашистские листовки. Друзья Жульена, попавшего в плен, предложили Иву спрятать его. Но он решил уехать в Париж в надежде, что там легче затеряться...

Давид ШИМАНОВСКИЙ

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь