Человек, открывший миру правду о сталинизме  

Полвека назад, во второй половине мая 1967 г., за считаные дни до начала Шестидневной войны (подробнее о ней – в следующем номере. – Ред.), в центре Рамле, соблюдая все правила конспирации, встретились двое. Они сели в небольшой автомобиль, принадлежавший одному из них, и направились в сторону Иерусалима. Пассажир, сидевший рядом с водителем, был в темных очках. Неподалеку от кибуца Цова машина остановилась. Тот, что сидел за рулем, убедившись, что никто их здесь не видит и не слышит, взглянул на попутчика и произнес: «Исходя из имеющейся у меня информации, я думаю, что Израиль должен нанести упреждающий удар по Насеру». Это был журналист и диктор израильского радио Виктор Граевский, а рядом с ним сидел сотрудник советского посольства в Тель-Авиве – конечно же, сотрудник КГБ...
О своей деятельности в качестве разведчика Граевский впервые рассказал в 2006 г. «Это тайна, – написал он, – которую я ношу с собой уже много лет, и только теперь решил раскрыть ее. Я работал на Шин-бет» (Шин-бет, или ШАБАК, – Общая служба безопасности Израиля. – Ред.). Его задачей было «скармливать» секретную информацию об Израиле советской разведке. Но именно ту информацию, которую специально для этого готовил ШАБАК. То есть дезу. Граевский по праву считается одним из самых дерзких и удачливых агентов израильской разведки.
История жизни польского еврея Граевского, выжившего в огне Катастрофы, полна удивительных метаморфоз. Коммунист сменил марксистскую идеологию на сионизм и репатриировался в Израиль. Значительно позже выяснилось, что он был еще и тайным агентом СССР.
Он родился в 1925 г. в Кракове. Тогда его звали Виктор Шпильман. В самом начале Второй мировой вместе с семьей бежал в СССР. Семье удалось выжить. В 1946 г. Виктор вернулся в Польшу, сменил фамилию, стал коммунистом, учился. В 1949-м его родители и сестра репатриировались в Израиль. Граевский же решил остаться в Польше. Женился. Родилась дочь. Развелся. В декабре 1955 г. тяжело заболевает отец. Сын, приехав навестить его, начинает терять веру в коммунистические идеалы и становится сионистом. Возвратившись домой, он вскоре принимает решение репатриироваться.
Работая журналистом в Польше, Виктор, рискуя жизнью, сумел переправить израильским спецслужбам экземпляр секретной речи Никиты Хрущева о культе личности Сталина на ХХ съезде КПСС. Знакомая Граевского, молодая польская еврейка Люция Барановска, работала секретарем у Эдварда Охаба, который с марта по октябрь 1956 г. возглавлял правящую Польскую объединенную рабочую партию. Граевский на свой страх и риск попросил «почитать» приглянувшуюся ему тетрадку, и Барановская, у которой было полно работы в связи со вступлением шефа в должность, рассеянно согласилась. Граевский сфотографировал папку и быстро вернул ее на место. Позднее он направился в посольство Израиля, хотя знал, что здание находится под наблюдением спецслужб. Тогда еще Граевский не был ни израильским агентом, ни кандидатом на вербовку, а действовал самостоятельно, из солидарности с Государством Израиль. Публикация документа вызвала бурю во всем мире. Его получение стало историческим достижением молодой израильской разведки, и «Моссад» сделал первый шаг к всемирному признанию. Об этом немало писала российская и израильская пресса, снят телефильм. А вот тайну, с которой мы начали рассказ, Граевский хранил до того момента, когда с этих событий был снят гриф секретности.
Информация вперемешку с дезинформацией, которую ШАБАК передавал советским спецслужбам через Граевского, касалась главным образом политики и состояния израильского общества. Она составлялась для него профессионалами, аналитиками спецслужб и армейской разведки АМАН. КГБ усиленно интересовался военным потенциалом Израиля. И хотя у Граевского не хватало опыта кадрового разведчика, он, тем не менее, действовал успешно и не нанес при этом ни малейшего ущерба Израилю, одновременно являясь в глазах советских спецслужб ценным источником информации. С Граевским работали офицеры КГБ, аккредитованные в Тель-Авиве под крышами посольства СССР и представительства Русской православной церкви на Святой земле. Встречи происходили в Иерусалиме, Тверии, Рамле, в лесопосадках в окрестностях Иерусалима, на приемах и в ресторанах. «Все было, как в шпионских фильмах, – пишет Граевский в своей вышедшей во Франции книге воспоминаний. – Тем, кто стоял за этими встречами, – а это были Рувен Мерхав и Рувен Хазак, - потом предстояло получать полный отчет о происходившем на этих встречах». Оба Рувена стали друзьями Виктора. «Граевский был ценным двойным агентом, – рассказывает бывший сотрудник ШАБАКа, а ныне бизнесмен Рувен Хазак. – Он выполнял наши указания, и я знал не более десятка таких, как он...»
В интервью, данном газете «Гаарец» вскоре после признания, Граевский немного приоткрыл завесу секретности, за которой прежде скрывалась его деятельность. К сожалению, вскоре после этого – 18 октября 2007 г. – Виктора Граевского не стало.

– Как вы оцениваете деятельность советских спецслужб в Израиле?
– В Израиле очень опасались действий советской агентуры. В целом, за исключением нескольких частных случаев, советская разведка потерпела провал: она не проникла в политические замыслы Израиля и большинства стран Запада. Это произошло потому, что разведчики тоталитарных государств, практически лишенные самостоятельности, вынуждены были действовать по команде сверху, в соответствии с желаниями представителей высших эшелонов власти, а не в соответствии с реальной обстановкой.
– Вы считаете, что в Шестидневной войне советская разведка потерпела поражение?
– Безусловно. В Москве не поняли по сути главного – степени готовности израильской армии к сражению. И это стало сильным ударом по престижу русских. Ведь они сделали все, чтобы арабы напали на Израиль. Строго говоря, потерпела крах вся ближневосточная политика СССР. Работа спецслужб – это работа с агентурой, с людьми, и куратор, разрабатывающий программу, должен быть для агента отцом и матерью, социальным работником и психологом, он должен поддерживать агента, предупреждать об опасности, не доводить до провала, стать его опорой. Он должен быть способен выслушать, понять, похвалить или вовремя отчитать. Куда сложнее, если ты имеешь дело с двойным агентом. Это, возможно, и есть самое трудное в разведке. Двойной агент всегда находится между молотом и наковальней. При этом обе стороны должны доверять ему в равной степени.

После того как Граевский передал израильским спецслужбам речь Хрущева на ХХ съезде, его жизнь оказалась в опасности. «Мы сделали все, чтобы вытащить его в Израиль», – вспоминал тогдашний глава ШАБАКа Амос Манор. С ноября 1957 г. Граевский в Израиле. Манор помог ему с жильем в Иерусалиме, с трудоустройством в МИДе (отдел стран Восточной Европы) и на радио «Коль Исраэль». Устроить на работу в МИД репатрианта из соцстраны было непросто, так как незадолго до этого там был обнаружен советский шпион Зеэв Авни, репатриировавшийся за восемь лет до того. После этого ШАБАК старался не допускать в МИД новых репатриантов.
В 1961 г. Граевский ушел из МИДа, был назначен в руководство «русского» радио «Коль Исраэль», в 1965-м стал директором вещания на зарубежье и находился на этой должности вплоть до 1990 г. Ушел на пенсию в 2000 г. с должности начальника отдела по связям с общественностью. Полвека в Израиле не помогли ему избавиться от тяжелого польского акцента, хотя с первых же дней жизни в стране он стал учить иврит. В гиватаимском ульпане, где он учился, осваивали иврит и несколько советских дипломатов. Граевский подружился с ними и помог им с ивритом, поскольку знал русский. Одним из них был некто Валерий Осадчий. Граевскому не было известно, что тот – младший офицер КГБ, хорошо знакомый ШАБАКу. Работая в МИДе, Граевский как-то столкнулся с ним в коридоре нос к носу. Он не удивился встрече – советские дипломаты были частыми гостями в Министерстве иностранных дел.

– А вот он был удивлен, спросил, что я тут делаю. Я ответил, что работаю. Тогда он предложил мне посидеть за рюмочкой водки, и я согласился. Договорились встретиться через две недели в маленьком ресторанчике на улице Яффо.
– Вы опасались, что он будет вас вербовать?

Беседовал Йоси Мельман

Перевод Григория Рейхмана

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь