Беседа с Иосифом Райхельгаузом  

Когда беседуешь с человеком, интересы и деятельность которого охватывают многие аспекты культурной и общественной жизни, то, естественно, и вопросов рождается много. А если собеседники к тому же оба одесситы – не важно, что один живет и работает в Москве, а другая переехала в Берлин, – так им таки да есть за что поговорить. В Берлине и состоялась моя встреча и беседа с Иосифом Леонидовичем Райхельгаузом – театральным режиссером и педагогом, народным артистом Российской Федерации, профессором Российского института театрального искусства (ГИТИС), создателем и художественным руководителем московского театра «Школа современной пьесы», а также членом Общественного совета Российского еврейского конгресса, обладателем высоких театральных премий и прочих наград, автором ряда книг и множества статей и частым гостем в Берлине.

– Иосиф Леонидович, вы одно время хотели создать в Одессе на базе Одесского ТЮЗа свой театр, актерскую студию и театральный журнал. Не состоялось. Теперь вы надеетесь осуществить подобные планы в Берлине?
– Мне не нужен еще один театр. У меня есть замечательный театр. Даже можно сказать – четыре театра. Сейчас мы возвращаемся в свое отреставрированное после пожара здание. В свой замечательный дом. За его более чем 200-летнюю историю в нем бывали самые значительные деятели русской культуры. Это бывший знаменитый зимний «Эрмитаж». До революции он был аналогом нынешних Домов актера, композитора, художника, ЦДРИ. Там собирались любители русской словесности, профессора Московского университета. Там пели Шаляпин и Собинов, там читал Качалов, там Чайковский устроил свою неудачную свадьбу с Антониной Милюковой, туда как-то не пустили Толстого из-за того, что он был в валенках... В этом доме две наши основные сцены. К этому прибавились еще две – учебная и экспериментальная. И еще мы хотим сделать огромную открытую сцену на улице. Да и в ГИТИСе, где я преподаю, есть свои мастерские.
Для меня история с Одессой особая. Для меня Одесса – это родина, это место, которое меня сформировало. Одесса – это одна из культурных столиц мира. Я много писал об Одессе. У меня даже одна из книг называется «Одесская книжка». Одесса дала миру много талантливых детей, но, к сожалению, их же и рассеяла по миру. Они теперь в Одессе – лишь гости. Это очень обидно. Я много лет предлагал разным одесским мэрам и губернаторам, начиная от советских секретарей обкома и кончая Саакашвили: «Ну давайте создадим в Одессе большой культурный центр. Это нужно не мне, это нужно Одессе». Но это не случилось. К сожалению, хозяевам Одессы всегда было не до того, а сейчас тем более.
Что касается Берлина, мне не нужен театр, мне хватает гастролей. Наш театр объездил крупнейшие страны мира. Мы играли по всей Европе, участвовали в огромном количестве фестивалей. Сейчас у нас начинаются гастроли в Эстонии. Затем предстоит Северный Кавказ: Нальчик, Грозный, Махачкала… На эти гастроли нас пригласило Министерство культуры России, оно их оплачивает. Это масштабные гастроли, мы выезжаем всем театром, со всеми декорациями. Так Минкульт возрождает те огромные гастроли, которые были в советское время.
– То есть гастроли репертуарных театров…
– Да. Театры когда-то выезжали всем коллективом, показывали свой репертуар, переезжали из города в город… Это нужно возобновить. После Северного Кавказа у нас – Тбилиси и Одесса. В Одессе у нас гастроли ежегодно. И в прошлом году были. И был мой творческий вечер в Зеленом театре, на который пришло все руководство города. Мне даже вручили очередную награду. Для меня Одесса – родной дом. Пока пускают, я всегда буду в него приезжать. В этом году на сцене Русского театра мы играем еврейские анекдоты «Умер-шмумер, лишь бы был здоров», затем «Спасти камер-юнкера Пушкина» – в прошлом году на этот спектакль были аншлаги…
Возвращаясь к Берлину… Здесь очень интересный новый директор Русского дома Павел Извольский. Молодой, инициативный, четкий. Сразу видно, что это человек дела. Он предлагает сотрудничество. И я не могу отказаться. Дело не только в том, что мне интересно работать именно с берлинским Русским домом. Я вообще такой человек: не могу отказаться. Я в работе по горло, но не могу сказать нет. Я как те, кто, пережив блокаду, не могут позволить пропасть даже крошечке хлеба.
– Когда вы пришли в «Современник», вам Волчек, Гафт, Табаков казались стариками…
– Да, когда я пришел в «Современник», мне поручили готовить юбилей Волчек – 40 лет. Я думал: «Зачем она отмечает эту дату, зачем говорит о своем возрасте?»

Беседовала Елена КОЛТУНОВА

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь