120-летию еврейского кинематографа посвящается  

Некоторые киноведы считают, что мировое кино началось с… Жозефа Плато, молодого бельгийского профессора, который в 1829 г. повторил опыт Исаака Ньютона 1680 года. Великий физик смотрел правым глазом на отражение солнца в зеркале, после чего был вынужден провести три дня в темной комнате и поправился нескоро. Плато смотрел на солнечный диск 25 секунд, проверяя предел сопротивляемости сетчатки человеческого глаза, – и пожертвовал зрением ради науки. Но до того, как окончательно ослепнуть, он построил в 1832 г. «фенакистископ» – небольшой прибор, создававший у смотрящего иллюзию движущегося изображения и таким образом ставший одним из прародителей кинооборудования.
Но все же историю кинематографии принято отсчитывать от первого публичного платного киносеанса, организованного 28 декабря 1895 г. братьями Огюстом и Луи Люмьерами в Париже в «Гран кафе» на бульваре Капуцинок. И именно братья Люмьер запатентовали киноаппаратуру и дали изобретению название «синематограф».
Вы спросите: где же тут были евреи? Не беспокойтесь, как и везде в истории человечества – неподалеку. Давайте перенесемся в… весенний Берлин 1896 г. Там, в кабинете Биньямина Зеэва Герцля, внезапно появился экзальтированный молодой студент, фамилию которого – Нойман – еврейская история сохранила. Прямо с порога он сообщил будущему создателю Всемирной сионистской организации о необычайных возможностях недавно запатентованного братьями Люмьер синематографа. И что вы думаете? После недолгой беседы с неожиданным гостем Герцль сел и написал письмо, в котором призывал руководство общин разных стран всемерно поддержать съемки и показ широкой публике «живых картин еврейской жизни в Палестине… в целях сионистской пропаганды». Да, именно так проницательно предполагалось использовать новинку!
Но не только это примечательное для нас событие заставляет с особым пиететом говорить о весне 1896-го. Именно тогда в Палестину, даже не подозревая о письме Герцля, прибыла команда французов с полным комплектом новенькой аппаратуры по патенту братьев Люмьер, чтобы отснять и явить миру, в числе прочих, и такие картины жизни и культовые места Святой земли, о которых писал провозвестник еврейского государства.
Можно спорить, где и когда был снят первый в истории игровой фильм по библейскому (читай – древнееврейскому) сюжету. Есть, например, мнение, что первые такие сюжеты экранизировались на территории Российской империи. Однако неоспорим факт: первая в истории киногруппа прибыла в Эрец-Исраэль, на задворки Оттоманской империи, именно весной 1896 г., и снимала не только христианские святыни, но и реальную жизнь небольших иудейских общин Яффо, Хайфы и Иерусалима. До сих пор та целлулоидная пленка хранится в архиве Парижской синематеки. По нашему мнению, именно так, там и тогда родилось еврейское кино – уникальный и удивительный феномен мировой культуры, как раз в эти дни имеющий полное право отпраздновать свое 120-летие. До рождения кино израильского, совершенно понятно, оставалось еще более полувека, за которые еврейское кино как таковое непрерывно развивалось в большинстве стран.
Ясно, что не сразу кино вообще и еврейское в частности стало «великим немым», как назвали его в 1920-е гг., «самой чистой формой кинематографа» – по компетентному мнению Альфреда Хичкока. Однако стремительность превращения его из аттракциона, балаганного зрелища в подлинное, высокое Искусство, в «десятую музу», поражает. Оно может сравниться разве что с совпавшей с ним по времени научно-технической революцией и прогрессом военных технологий. Представьте: от минутных первых роликов вроде «Прибытия поезда», «Выхода рабочих с фабрики Люмьер в Лионе», «Купания ребенка» или «Политого поливальщика» за какой-то десяток лет технологии продвинулись до съемок весьма сложных постановочных сюжетов, как в декорациях, так и на пленэре. Взять хотя бы фильм Жоржа Мельеса «Путешествие на Луну» (1902 г.) или «Большое ограбление поезда» Э. Портера, снятый на студии Томаса Эдисона в Нью-Джерси уже в 1903 г.
Имена первых профессиональных актеров до сих пор на слуху: Мэри Пикфорд, Лилиан Гиш, Пола Негри, Аста Нильсен, Макс Линдер, Гарольд Ллойд, Дуглас Фэрбенкс, Бастер Китон и, конечно же, Чарли Чаплин, дебютировавший в образе бродяжки в феврале 1914 г.
Признанные американские шедевры той поры «Рождение нации» и «Нетерпимость» были поставлены Дэвидом Уорком Гриффитом, открывшим роль монтажа в 1914–1916 гг. и превратившим кино из операторского в режиссерское. И уже к 1920-м гг. кинематограф располагал широким набором художественных средств. Тогда творили выдающиеся мастера, сделавшие кино не просто искусством, но и важнейшим из искусств: Фернан Зекка, Виктор Шёстрём, Кинг Видор, Мак Сеннет, Фридрих Вильгельм Мурнау, Пауль Вегенер, Георг Вильгельм Пабст, Карл Теодор Дрейер, Джованни Пастроне, Луис Бунюэль, Яков Протазанов, Александр Ханжонков и их лучшие актеры Вера Холодная, Иван Мозжухин…
Еврейская же тема, начатая на заре кинематографа библейскими постановками, до середины 1930-х гг. разрабатывалась практически синхронно и довольно интенсивно в ведущих кинематографических державах того времени – Франции, Германии, США, Италии, России, Австро-Венгрии. Например, в 1910 г. в Америке широко демонстрировались картины о притеснениях евреев в России: «Россия – страна угнетения», «Во имя царя», «Русская черная сотня» и др. Ну а первой самобытной художественной лентой еврейского кино в России считается снятая в том же 1910 г. режиссерами фирмы «Пате» А. Метером и К. Ганзеном мелодрама «Лехаим», в отличие от большинства прочих, дошедшая до наших дней.

Юл БЕРДИЧЕВСКИЙ

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь