Ноябрь 26, 2015 – 14 Kislev 5776
Если не мы за себя…

image

Правило выживания Еврейской общины Миргорода  

С председателем Еврейской общины Миргорода Михаилом Рутгайзером мы беседуем о еврейской истории города и правилах выживания, которым давно пора стать нормой для украинского еврейства.

– Михаил, будем откровенны: ситуация в провинциальных общинах выглядит порой удручающе. Там, где до Холокоста бурлила еврейская жизнь, сегодня искусственно поддерживается видимость активности. Миргород в этом смысле – приятное исключение: местная община не просто жива, но и жизнеспособна.
– Так сложилось, что в нашем регионе практически не было еврейских местечек. За исключением Лохвицы, где евреи составляли более половины населения. Довольно много евреев жило в селе Великие Сорочинцы, видимо, благодаря грандиозной ярмарке, где евреи-ремесленники могли сбывать свою продукцию. Ну и в каждой крупной деревне было несколько еврейских семей. В самом Миргороде и до войны евреев было немного, а после войны сюда приехали в основном люди, потерявшие всех родных и близких в Холокосте или лишившиеся дома. Одним из них был мой отец, фронтовик Давид Рутгайзер – киевлянин, живший в самом центре, квартиру которого на ул. Красноармейской после войны заняли другие люди.
Как ни парадоксально, но при небольшом количестве евреев в Миргороде всегда была еврейская жизнь. Правда, большую синагогу в центре города в начале 1930-х закрыли «по просьбам еврейских трудящихся» (в ней некоторое время размещался цех завода минеральных вод, а в 1980-е здание снесли). Но в городе был подпольный молельный дом, организованный семьей Лернер, где на Шаббат собирались евреи. Помню, как приходили за моим отцом: «Давид, десятым будешь?» Папа не был религиозен, но никогда не отказывался. Кстати, моя жена (Любовь Жаркова, директор Миргородского благотворительного фонда «Хесед Шахар». – А. Ф.) – внучка одного из прихожан – с детства присутствовала на этих молитвах.
В городе был шойхет Симон Гуревич, к которому по дороге с рынка приносили курочку, и он ее кошерно резал. Был, как сказали бы сейчас, и. о. раввина Янкель Фишбейн, который вел молитвы и вычислял даты еврейских праздников, сообщая о них всем евреям. Были просто люди, которые до конца дней вели еврейский образ жизни: прекрасные врачи Рабинович и Зайдман – оба одесситы, потерявшие всех во время Холокоста, женившиеся после войны на сестрах-еврейках со схожей судьбой и осевшие в Миргороде. Эти уважаемые в городе люди ставили домашние спектакли на идише, на которые в их маленький домик барачного типа собиралось множество евреев.
– Насколько я понимаю, эти люди давно ушли, и в 1990-е общину пришлось создавать с нуля?

Беседовал Александр ФАЙНШТЕЙН

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь