Пять лет назад не стало режиссера Петра Тодоровского  

Война и любовь были главными темами творчества Петра Ефимовича. Первый свой фильм «Верность» он снял в память о друге, который погиб на войне. Эта картина была отмечена премией Венецианского кинофестиваля. Потом были «Анкор, еще анкор», «Военно-полевой роман», «Интердевочка», «Любимая женщина механика Гаврилова», «Какая чудная игра»... Новые картины, новые имена, новые награды.

Спасительница Манька и деликатес из веника
Петр Тодоровский родился 26 августа 1925 г. в городке Бобринец Кировоградской области в еврейской семье Ефима Гильевича Тодоровского и Розалии Цалевны Островской. Позже режиссер вспоминал, как тяжело выживали родители в селе: он помнил голод довоенных и военных лет. И с благодарностью описал в своих мемуарах спасительницу большой семьи Тодоровских – корову Маньку. Манька появилась в доме в 1936 г., когда Тодоровские «ели кашу из веника, суп из веника, а если доставали гнилую свеклу – в семье был праздник».
Чтобы хоть как-то прокормить детей, родители держали постояльцев. Это были рабочие из города, которые меняли инструмент на провизию. Однажды глубокой осенью они просто не смогли дотащить эту самую «провизию» до временного обиталища. «Сможете унести – корова ваша», – сказали промокшие и уставшие работяги Розалии Цалевне, ввалившись в дом. И Розалия Цалевна смогла! Она погнала всю семью за заветной животиной. «Отец шел и матерился, но шел. Корову таки нашли лежащей без сил на дороге. Поднимали за хвост, за рога, тащили, поддерживали и добрели до сарая. А весной пошло молоко. Ведрами. Жирное. Хватало даже на продажу», – писал Петр Ефимович.

Умереть красиво
В 1941 г. в 40 км от города немцы выбросили воздушный десант. Семья срочно эвакуировалась. «Бежали в чем были. Хорошо, что успели. Уже после войны узнали, что немцы дедушку и бабушку расстреляли. Тетя с мужем и тремя детьми немецким танком была раздавлена. Прислали оттуда из местной газеты заметку, где описано, как молодых ребят-евреев собрали, закрыли в доме, забили окна, двери и подпалили. Сожгли живьем, и автор – он тогда маленьким был – пишет, что слышал жуткие крики, которые доносились из горящего дома», – вспоминал режиссер много лет спустя.

Тодоровские попали в Сталинград. 16-летний Петр с отцом грузил уголь на электростанции. Но немцы продолжали наступать, и семья нашла новое убежище – в одном из колхозов Саратовской области.
Весной 1943 г. 17-летний Петр вступил в ряды Красной армии, потом его приняли в Саратовское военно-пехотного училище. «Война! И нас готовят туда, где убивают. А еще учат не просто так умирать, а красиво, как Александр Матросов», – вспоминал режиссер. Снова голод: капуста на завтрак, капуста на обед, капуста на ужин... У многих новобранцев от слабости, недоедания и недосыпания случалось недержание мочи. Мечта одна – кусочек хлеба. До самой смерти вкусный хлеб был для Петра Тодоровского самым любимым лакомством.
Летом 1944 г. Тодоровский возглавил минометный взвод на Белорусском фронте. Он принимал участие в освобождении Варшавы, Быдгоща, Щецина и взятии Берлина. Был ранен, контужен. Закончил войну на Эльбе лейтенантом, где какое-то время прослужил комендантом городка Йерихов. «Немцы будто загипнотизированы были – везде: в маленьких городах, в больших. Они ничего совершенно не делали: сидели и ждали, когда их расстреляют, убьют, повесят, закопают…» – вспоминал Петр Ефимович. Ему пришлось привлекать местное население к повседневному труду, занять сельхозработами, чтобы избежать голода.

Светлана ЛЕХТМАН

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь