Декабрь 26, 2014 – 4 Tevet 5775
Бессмертная война

image

Израиль: один год после Шарона  

Медицина творит чудеса, но против смерти и она бессильна. Год назад скончался Ариэль Шарон. Он находился в коме восемь лет; 11 января 2014 г. его не стало.
Когда уходит политик и полководец такого ранга, то по законам жанра следует говорить: кончилась эпоха, и эти слова, конечно, были сказаны. Многократно. В тот день, когда он был госпитализирован с обширным инсультом и его политическая карьера завершилась. В тот день, когда из Рамат-Гана пришла скорбная весть и кончилась его жизнь. Однако, по-моему, они неверны, эти слова.
Эпоха Шарона продолжается.

Формула выживания

Всех прежних израильских лидеров, левых и правых, ястребов и голубей, до недавних пор можно было разделить по стилю взаимоотношений с условным и безусловным противником. Бен-Гурион, Голда Меир, Бегин, Рабин, Перес, Барак и другие верили или хоть надеялись, что в обозримом или труднообозримом будущем Израилю удастся заключить мир. Миротворцы стремились к прямым переговорам, иные из них добились многого, включая Нобелевскую премию, разделенную с Арафатом, но не прекращения войны. Напротив, сторонники жесткой линии полагали, что достичь соглашения с соседями можно только с позиции силы, поскольку террористы понимают лишь язык точечных ракетных ударов, танковых атак и автоматной стрельбы. Врага нельзя уговорить, но его можно закошмарить и принудить к миру. Они много стреляли и бомбили. Войну это тоже не останавливало.
Впрочем, нельзя сказать, что израильские лидеры в своем политическом поведении так уж отличались друг от друга. Если надо было, миротворцы решительно вводили войска, а ястребы садились за стол переговоров со вчерашним врагом. Ибо цель оставалась прежней – мир. В обмен на территории, в обмен на американские деньги, в обмен на что угодно, кроме Иерусалима и оптовой гибели всерьез. Мир был для Израиля шестиконечной путеводной звездой.
Боевой генерал Ариэль Шарон, участник всех арабо-израильских войн за минувшие полвека, пришел к иному заключению. Трудно сказать, когда это произошло. Может быть, когда он встал во главе государства. Или раньше, в начале 1980-х гг., когда служил министром обороны. Или в годы 1970-е, когда штурмовал Суэцкий канал. А то и лет за 20 до того, когда во время Синайской кампании командовал парашютной бригадой. Но понял он твердо: террористы не понимают ни миролюбивой риторики, ни языка силы. Они вообще ничего не понимают.

Тогда или потом, в армии или в премьерском кресле Шарон пришел к такому выводу: мир невозможен в принципе. Ни сегодня, ни завтра, ни послезавтра. Никогда в разношерстной семье народов, окружающих Израиль, не переведутся люди, мечтающие его уничтожить. Причем их всегда будет очень много – в многотысячных джихадистских толпах, в армейских исламистских кругах, на политических олимпах. Они образуют подавляющее большинство.

Илья МИЛЬШТЕЙН

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету вы можете здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь

Написать письмо в редакцию