Сентябрь 26, 2014 – 2 Tishri 5775
Недельные чтения Торы

image

Суббота, 4 октября 2014 г. – 10 тишрея 5775 г. 

Йом-Кипур

Книга «Вайикра» («И воззвал»). Недельный раздел «Ахарей мот» («После смерти»)
Книга «Бамидбар» («В пустыне»). Недельный раздел «Пинхас» («Пинхас»)

Исповедь без тайны
Сегодня выделенность дня многократно возрастает. На эту субботу приходится Йом-Кипур – день, названный в Торе «Шабат Шабатон» – «суббота суббот», единственный день в году, когда раскрывалась внешняя завеса Храма и собравшиеся во дворе видели внутреннюю завесу с вышитыми на ней крувами (в русской транскрипции – херувимами) – особыми существами с двумя парами птичьих крыльев и человеческими лицами – мужским и женским. Одной парой крыльев каждый крув закрывал себя, а другой парой – обнимал второго крува. Золотые крувы стояли на крышке Ковчега Завета, символизируя, что основа мира и его главное таинство – любовь мужчины и женщины. Отсюда, между прочим, выражение «на крыльях любви». Туда, за завесу, скрывавшую Кодэш Кодашим (Выделенно Выделенное), входил главный коэн, воскурял благовония на золотом жертвеннике и произносил 32-буквенное Имя Творца.
В Йом-Кипур меняется обычный порядок чтения недельных разделов. Мы вынимаем два свитка и по первому читаем раздел «Ахарей Мот» –описание храмовой службы в Йом-Кипур. По второму свитку мы читаем раздел «Пинхас» – описание жертв этого дня.
Одно из центральных событий Йом-Кипура – принесение в жертву двух козлов. Бросив жребий, главный коэн определял одного козла для вознесения на жертвенник, а второго – для отправки к Азазелю. Но перед этим: «И возложит Аарон две руки свои на голову козла живого, и признается на нем во всех провинностях сынов Исраэля и во всех преступлениях их, по всей вине их, и возложит их на голову козла, и пошлет с Мужем предназначенным в пустыню» («Ваикра» 16, 21).
Так происходит исповедь. Она, по сути, не только признание, но и объявление о проступке. И постановили мудрецы, что главное в исповеди – произнесение слов признания, будь то во время или не во время жертвоприношения. Именно исповедь – «Видуй» – в современных махзорах (сборниках молитв на Йом-Кипур) является сутью службы Дня Искупления – от минхи, предваряющей Субботу Суббот, и до молитвы «Неила», «запирающей» этот особенный день. Ведь это день прощения и искупления, а невозможно простить и искупить того, кто не признался в своих ошибках и не вернулся на правильный путь.
Учитывая специфику нашего окружения в последние 18 веков, рассмотрим принципиальные отличия еврейского «Видуй» от его христианского подобия.
Христианская «исповедальня» располагается в глубине церкви, за перегородками и занавесками. Христианин исповедуется в одиночестве и тайне перед священником из плоти и крови, и тот вправе отпустить грехи кающегося. Еврей произносит слова исповеди громко и со всеми вместе. В еврейской исповеди отсутствует элемент стыда признания, и она не является личным делом преступника. Проступок одного связан со всеми и все ответственны друг за друга. Исповедующийся не нуждается ни в каком посредничестве в своем обращении к Создателю, и он не скрывается за занавесками. Прощение и искупление находится не в руках человека, а только в руках Всевышнего, и лишь Он говорит: «Я прощаю!»
Текст молитвы «Видуй» содержит в алфавитном порядке «заголовки» всех возможных вариантов человеческих проступков, которые произносящий должен представлять наполненными лично к нему относящимся содержанием. Таковы признания: мы грабили, были упрямы, творили зло, поступали криводушно и т. д. Естественно, мало кто грабил с топором на большой дороге, но под грабежом Тора понимает и потерю своего и/или чужого времени, и необоснованное получение привилегий, и участие в идолопоклонстве. Вызывает удивление первый заголовок – «ашамну» – «мы виновными были». Разве есть такое преступление? Мудрецы объясняют, что неощущение нами до сих пор вины и есть первое в списке преступлений. Мы виновны, во-первых, в том, что не пришли с повинной раньше.
Очевидно, что для Всевышнего нет тайн. Но, обращаясь со словами «Видуй» сами к себе, мы лучше понимаем себя, свои победы и поражения, свои промахи и ошибки, исправляя свой путь к Цели.

Это тоже идол?
Сегодняшняя суббота приходится на промежуточные дни праздника Суккот, поэтому меняется порядок чтения Торы, и мы читаем отрывок из недельного раздела «Ки тиса» книги «Шмот».
Центральная часть отрывка – предостережение от идолопоклонства: «Остерегайся, чтобы ты не заключил союз с жителем земли, на которую ты приходишь, чтобы не был ловушкой в среде твоей! Но жертвенники их разрушь…» («Шмот» 34, 12–13). Совершенно неполиткорректное требование! Может быть, лучше заключить со всеми мирные договоры, вести взаимовыгодную торговлю, и пусть в таком мультикультурном обществе они приносят жертвы своим идолам из дерева и камня в церквях и мечетях, нам-то что? А вот что. Если вести торговые сделки по правилам идолопоклонников, то и регистрация их будет в соответствующем месте и по их правилам. А поэтому – никаких уступок идолопоклонству, никакого намека на идолов: «Эло’им литых не делай себе» («Шмот» 34, 17) и «не вари козленка в молоке матери его» («Шмот» 34, 26). Это древний обычай пастухов-идолопоклонников – приносить жертву идолу плодородия стад из мяса, сваренного в молоке. Диетические соображения тут ни при чем.
Остается ответить на один вопрос: какое отношение праздник Суккот, который мы отмечаем сегодня, имеет к борьбе с идолопоклонством? Самое прямое. Есть люди, которые временно отдаляются от Торы и заповедей ради материальных благ: денег, почестей или социального положения. Они оставляют на время (как им кажется) Всевышнего и Его закон, чтобы в настоящий момент им это не мешало, и следуют современным законам западного мира, гласящим, что правила существуют для того, чтобы их нарушать, традиции – чтобы пренебрегать ими в бесконечной гонке за ускользающим «духом современности». И если праздник или суббота – помеха в бизнесе, то что же плохого в отходе от ортодоксии ради зарабатывания на жизнь?
Идол – не обязательно кусок дерева или камня. Идол – это и счет в банке, и жажда непрерывных наслаждений, и любое дело, которое становится целью, заслоняющей подлинную Цель. И защитой от такого идола становится сукка. Когда мы сидим семь дней в наших шалашах-сукках, мы отказываемся от крепких каменных стен – опор материальности, нас не манит блеск денег или тень преходящих почестей. Только Всевышний может укрыть нас от дождя, ветра и холода. Мы – наедине с собой. И нам есть о чем подумать.
Хорошего вам праздника!

Симхат Тора

16 (в диаспоре 17) сентября 2014 г. – 22 (23) тишрея 5775 г.
Книга «Дварим» («Слова»)
Недельный раздел «Вэ-зот а-браха» («И вот благословение…»)

Две проблемы
Заключительный недельный раздел не поражает сложностью сюжета или насыщенностью событиями. Наш Учитель Моше-рабейну завершает свой жизненный путь так, как и положено тому, для кого любовь к Израилю была всей жизнью. Благословения-брахот: изобилие во всём, для всех и для каждого – вот последние слова Моше. Очевидная параллель – последние слова последнего патриарха – Яакова, завершающие первую книгу Торы. Но вопреки кажущейся простоте раздел вызывает два серьезнейших вопроса.
Могилы Авраама, Ицхака, Яакова, Сары, Ривки, Рахели и Леи, Йосэфа и многих, многих других в Эрец Исраэль хорошо известны. Отчего могила Моше так безапелляционно скрыта: «…и не знал Муж могилу его до дня этого» («Дварим» 34, 6)? И это сказано сразу после точного определения: «И похоронил его в овраге, в стране Моав, напротив Бейт Пэора» («Дварим» 34, 6). Мидраш – разъяснение мудрецов – лишь усугубляет недоумение: «Когда подходили к могиле Моше в долине, то видели ее на вершине горы. Когда же поднимались на вершину, то видели ее внизу в долине. Тогда разделились на две группы, внизу и вверху: нижние видели, что она на вершине, а те, кто были на вершине, видели ее внизу!» («Мидраш Сифри» на раздел «Вэ-зот а-браха» 16). Рав Моше Шапиро объясняет вслед за мудрецами, что Моше в результате своей жизни получил в день своего 120-летия уровень Мира Грядущего. Но поскольку этот уровень принципиально достижим лишь в результате пройденного Израилем исторического пути (он же развернутый во времени замысел Создателя), то наш Учитель оказался на границе двух миров – этого и следующего. Могила Моше – символ достигнутого им уровня, концентрат всего его жизненного пути и удивительной, неповторимой и никем более не достигнутой близости к Творцу. Она не принадлежит этому миру, и у нее нет места в этом мире.
Но как же быть с тем, что гиды в туристических автобусах, спускающихся из Иерусалима в Иорданскую долину по шоссе № 1, обязательно показывают туристам многокупольное сооружение справа от дороги и говорят, что это могила Моше? Редкий гид добавит: «В арабской версии». Сооружение это построено в XVII в., в эпоху расцвета Османской империи, и, конечно, никакого отношения к Моше-рабейну не имеет. Осваивая Палестину, турецкие султаны пытались предусмотреть возможные будущие споры с евреями за право владеть этой землей: «В вашей (еврейской) Книге сказано, что Моше не вошел в землю Израиля? Значит, граница земли Израиля дальше к западу от этого места». О том, что в нашей Торе сказано также, что Моше не перешел Иордан, говорить было неполиткорректно – могли и голову отрубить.

Суббота, 18 октября 2014 г. – 24 тишрея 5775 г.
Книга «Берешит» («В начале»)
Недельный раздел «Берешит» («В начале»)

Вот порождения…
Как и все книги Торы, книга «Берешит» имеет несколько названий. Название «Берешит» является как бы техническим – по первому содержательному слову. Есть названия другого ряда, которые отражают содержание книги в целом. В мировой литературе они взяты, по-видимому, из первого знаменитого перевода Торы на греческий язык – «перевода семидесяти», там книга «Берешит» называется «Генезис», «Шмот» называется «Исход» и т. д. Но у книги «Берешит» есть еще одно название, которое принято в нашей традиции, и оно отличается от всего, что принято в мировой литературе, – «Сэфер а-йашар», т. е. «Книга прямых». Такой заголовок показывает, что в том месте, которое занимает книга «Берешит» во всем Пятикнижии, она является зарождением не только природным и не только историческим, она захватывает основы того важнейшего качества, без которого, наверное, вся человеческая история лишилась бы смысла. Качество «прямота» – это качество Праотцев народа Израиля – Авраама, Ицхака и Яакова, которые обладали им сверх того, что они были праведны и добродетельны. Мудрецы объясняют, что «прямота» есть свойство желать добра всем, даже своим врагам. Это особенно ярко проявляется в поведении Авраама, который говорит царю Сдома, что он не возьмет ни ремешка, ни нитки у него и что он не хочет с ним иметь дело (раздел «Лех Леха»), а с другой стороны, когда Всевышний говорит, что Он идет уничтожить этот город, Авраам начинает спорить, справедливо ли так поступать (раздел «Ваэра»).
Есть оборот, который в книге «Берешит» встречается намного чаще, чем во всех других книгах не только Торы, но и Танаха. А именно: некоторые разделы начинаются словами «Вот порождение…». Такое выражение встречается в Танахе ровно 13 раз. Интересно отметить, что в первый и единственный раз оборот «Вот порождение...» применяется по отношению не к людям, а к небу и земле: «Вот происхождение (порождение) неба и земли при создании их, в день, когда делал Ашем Эло’им землю и небо» («Берешит» 2, 4). Все комментаторы понимают это так, что у неба есть порождение того, что относится к небу, а у земли есть порождение того, что относится к земле.
По поводу изложения во второй главе «порождения неба и земли» есть много споров между классиками комментирования Торы о том, как понимать слово «толдот». Понимать ли его обязательно как «порождение» или это, может быть, «происхождение», «история» и т. д.? Рашбам, в отличие от многих других авторитетов, считает, что всюду «толдот» надо понимать как «порождение». Если это так, то в этом предисловии хочется видеть что-то содержательно новое. В первой главе были сотворены небо и земля. Небо чистое и совершенное, а землю надо было готовить и готовить. После вступительной фразы во второй главе следует текст, который нас очень озадачивает, потому что сказано: «И всякого куста полевого еще не было на земле, и никакая полевая трава еще не выросла, потому что не пролил Ашем Эло’им дождя на землю, а Адама нет, чтобы обрабатывать землю» («Берешит» 2, 5). Однако в первой главе сказано, что растения выросли в третий день, а человек появился только на шестой день. Так что же было между третьим и шестым днем? Были растения или их не было? Мудрецы на это отвечают так: растения в известной степени выросли, то есть доросли до поверхности земли, а над поверхностью не поднялись. На первый взгляд это очень озадачивает, но если подумать, то иначе и быть не может. Говорится, что дождя не было, но был некоторый «кругооборот влаги»: поднимался пар и орошал поверхность земли, и какая-то влага в почве была. Ее по крайней мере заведомо хватило для того, чтобы можно было слепить человека, потому что если бы земля была сухая, то она бы рассыпалась. Этой влаги хватило для того, чтобы растения проросли и дошли до поверхности земли, но дальше уже не хватает сил земли и нужна помощь с неба. Поэтому во вступительной фразе «Вот порождение неба и земли» скорее можно видеть революционное новшество. Если до сих пор небо и земля существовали порознь, то теперь они порождают что-то совместными усилиями: земля пустила растение в рост, оно доросло до поверхности, теперь будет дождь с неба, и вместе они дадут растению рост настоящий. А человека надо звать потому, что он приглашен не только в качестве подопечного, который будет крутиться в этом «детском садике», но помещен в этот сад, чтобы обрабатывать и охранять его. Поэтому ему нужно было оставить какой-то участок работы для того, чтобы он не был просто пассивной стороной. И Творец не посылает дождя специально, чтобы человек, который садовником родился, посмотрел, увидел, что не хватает дождя, попросил бы его, и тогда дождь будет послан.
В этом и состоит изначальный абсолютный смысл того, зачем человек должен молиться: затем, чтобы, хорошо продумав и вглядевшись во все обстоятельства своей жизни, понять, чего ему на самом деле не хватает, таким образом молитва не будет сводиться к обычным штампам. Человек должен обращаться к Всевышнему с вопросом, чего ему на самом деле не хватает, и он сам не в силах с этим справиться. Искусство сотворенности мира состоит в том, что каждого человека ожидает его участок работы, и он заведомо не сможет сам ее доделать, а когда он дойдет до предела своих сил, он должен просить.

Суббота, 25 октября 2014 г. – 1 хешвана 5775 г.
Книга «Берешит» («В начале»)
Недельный раздел «Ноах» («Ноах»)

Трудно быть Богом
Грех поколения Потопа разъяснен в Торе: «И извратилась земля перед Эло’им, и наполнилась земля грабежом» («Берешит» 6, 11). В противоположность этому, относительно людей поколения Вавилонской башни не объяснено, в чем, собственно, состоял их грех. Но их поведение было неправильным, это ясно из того, что Всевышний осудил их стремления и разрушил их планы, смешав языки.
Тора описывает цели создателей башни: «И сказали: давайте построим нам город и башню, и голова ее в небесах, и сделаем себе Имя, чтобы мы не рассеялись по лицу всей земли» («Берешит» 11, 4). На первый взгляд, неясно, что плохого в желании не рассеиваться, а жить вместе, что отрицательного в желании сделать себе имя. Обычно в Танахе слово «имя» не имеет отрицательной коннотации. Так, например, в книге «Коэлет» («Экклезиаст») написано: «Лучше имя, чем доброе оливковое масло». То есть просто «имя» подразумевает доброе имя. Мудрецы выдвигают различные версии по поводу того, что порочного было в намерении поколения Потопа.
Одна из главных характеристик того поколения: «И была вся земля речью одной и словами одними» («Берешит» 11, 1). Но разве слова – не части речи? Кажущаяся избыточность фразы говорит нам не просто об одном языке, но о единой идеологии.
В нашем поколении такое единство часто ассоциируется с советским строем, где тоже было некое декларируемое единство всего советского народа, причем нам-то известно, что единство это было мнимым и реально тех, кто не хотел идти в едином строю, ждало тяжелое наказание или даже смерть. Но то, что нам известно из Торы, не совсем соответствует советской схеме. В Торе говорится о реальном единстве поколения. С другой стороны, важно подчеркнуть, что в душе человека есть сильное стремление к единству, поскольку Всевышний един и человек, сотворенный по Его образу и подобию, несет в своей душе потребность осознать Единство, скрытое в нашем мире, приблизиться к Божественному Единству, поэтому единство как таковое не может быть однозначно осуждено.
Рав Яков Лейнер из Ижбицы, автор комментария «Бейт Яков», объясняет, что в поколении Потопа были сплошь индивидуалисты, каждый стремился достичь личного блага за счет всего остального мира. А люди поколения Вавилонской башни извлекли урок из истории Потопа, они поняли, что Всевышний хочет единства, а не разобщенности, и решили объединиться. Создав единое общество, они могли избежать покарания за грабеж, за который было наказано поколение Потопа, потому что если все обобществлено – нет ничего личного, а значит, понятия воровства и грабежа теряют смысл. В их намерение входило силой своего единства заставить Всевышнего находиться среди них и тем обеспечить этому миру существование. Они полагали, что присутствие Всевышнего в мире автоматически приведет к тому, что человек не будет грешить, поскольку все будут выполнять волю Всевышнего.
«Бейт Яков» утверждает, что башня была в некотором смысле прообразом Храма, который в будущем должен послужить объединению Израиля, а в идеале – всего человечества. Но Иерусалим находится в высшей точке мира (разумеется, не географически, а духовно), а «долина в стране Шинар» («Берешит» 11, 2) была в нижней точке мира, что символизирует два разных пути приближения к Всевышнему: пытаться самим подняться или принудить Его спуститься.
В истории Вавилонской башни выясняется, что Всевышний не готов выполнить желание поколения и сойти в мир. Он сходит, но лишь затем, чтобы проверить, какова сущность этого единства. И тогда выясняется, что конечная цель поколения – делать то, что человечество само хочет, а не то, что соответствует плану Творца: «...А сейчас не будет для них недостижимо всё, что задумали сделать!» («Берешит» 11, 6).
Мидраш говорит нам о том, что когда человек, работавший на постройке башни, падал, никто не переживал, а переживали, когда падал вниз кирпич. Мы видим в этом аморальность, присущую поколению, которое настолько было захвачено достижением общей цели, что смерть одного человека не казалась чем-то заслуживающим внимания. Когда все люди думают совершенно одинаково и несут одну и ту же идею, когда индивидуальность не имеет никакой ценности и смысла, тогда существование каждого отдельного человека тоже теряет значение. Так же, как в муравейнике или улье смысл имеет существование общего организма, а не отдельного муравья или отдельной пчелы. Выясняется, что это не то единство, к которому должен стремиться мир.
Маараль объясняет, что реализация Божественного Единства в нашем мире возможна лишь через множественность. Эта идея кажется парадоксальной, но можно легко объяснить ее на примере из геометрии. Если расположить точки в разных местах прямой, мы постепенно можем приблизиться к заполнению прямой и созданию единства более высокого порядка, имеющего направление и цель, чем при сложении разрозненных точек в одну.

Подготовил д-р Ури Линец (linetsi@mail.ru). Использованы материалы нового перевода и комментария Торы, идеи рава М.-М. Гитика.

Написать письмо в редакцию